Книга Прокати меня, страница 15 – Яна Ланская

Мы с Катрин даже не показываемся из-под тента, мы монтируем видео для Ани. Её в колледже запрягли сделать какие-нибудь мини-курсы по английскому для детей, а я предложила снять наших соседских ребят. Они читали скороговорки на английском, а мы их награждали. Такой батл. Я классно придумала, осталось смонтировать.

До нас доносятся обрывки фраз заглохших и голоса папы и брата.

Вдруг слышу: «Да, запрравился в чайке, и моторр встал. „Мерркури“ называется».

Мы с Катрин переглядываемся. И тут же вылезаем на палубу. Это он. На белоснежном катере, в одних шортах и жилете спасательном на голое тело. А на голове капитанская кепка. Катрин переводит на меня ошалевший взгляд, я ей стараюсь кивнуть максимально незаметно.

— Какие люди! Привет! — Я произношу это с такой радостью, что сама осекаюсь.

— Тони, вот это сюрприз! — Одаривает меня безупречной улыбкой.

Катрин начинает тут же улыбаться. Конечно, он сразу вставляет своё коронное.

Он с другом. Оказывается, что этот друг однажды доставал моего папу с братом из грязи. Они любят по весне погонять по бездорожью. Но вытащить трёхтонный Ram не под силу даже трактору. Поэтому этот Лёша приехал на грузовике времён Великой Отечественной и вытащил их. Он для моих герой, потому что спаситель. А мои для него, потому что тачка крутая.

В общем, мужчины любят эти движения и с радостью соглашаются отбуксировать Макса до дома.

У нас в катере всего четыре кресла. А тащить двух мужчин на заглохшем катере тяжеловато. Поэтому мне выпадает возможность поменяться местами с другом Антропова и всю дорогу до дома ехать в его катере, а не нашем.

Я с лёгкостью перепрыгиваю с нашего носа на его, он подаёт мне руку и ловит меня. Я уже не обращаю внимание ни на брата, ни на папу. Я в эйфории. Катрин ржёт.

— Ну и где ты был, Антропов? У меня уже творог закончился!

— Документы оформлял. Вся эта британская бюрократия…

Эти недели стоили ожидания. Британская бюрократия. Пусть скажет ещё, я запишу на диктофон и поставлю на будильник. Потрясающе! Жаль, Катрин не слышит.

— Всё оформил? Какие планы на лето?

— Всё оформил, — мурлычет Антропов.

В этот момент папа заводит катер, даёт Максу команду, и мы стартуем. Едем на совсем медленной скорости, поэтому вполне можем разговаривать. Но я дополнительно кручусь на кресле и разворачиваюсь к Антропову.

— Планы на лето? — Лениво тянет Макс, — починить мотор и, к примеру, катать тебя от заката до рассвета.

Макс поворачивается и смотрит на меня очень по-новому. Мне такой взгляд от парней не знаком, но мне он определённо нравится.

И звучит это как-то неоднозначно. Мы что, ночью будем на катере кататься?

— На чём катать?

— А на чём ты хочешь? — Хитро спрашивает, выгибая бровь.

— На вейкборде! Я пыталась встать, но не получилось, — с сожалением рассказываю.

— Будет тебе вейкборд, Аршанская!

Они опять начинают переговариваться с моим папой, а я пользуюсь моментом и пишу Катрин, что всё готово. Я напросилась на вейкборд, и он согласился.

Катя тут же пишет: «Тоня, ты сияешь с ним так, что тебя можно как маяк для теплоходов здесь использовать. А он в тебя влюблён, отвечаю!»

Я быстро блокирую экран и убираю телефон. От её сообщения у меня сердце выпрыгивает из груди. Неужели так заметно?

До пирса Макса мы тащимся целый час. Макс разговаривает больше с мужчинами. Они обсуждают рыбалку, а мы переглядываемся с Катей на каждой «р». Она мне жестами показывает, что ей Леша, его друг, тоже в порядке. Он местный, но очень даже симпатичный и добрый. Одобряю.