Книга Измена. Бумеранг для любовницы, страница 101 – Ирина Манаева

— Угу, - бурчит Сашка. - И восемь поцелуев, - хмыкает, смотря куда-то в сторону, а я обращаю внимание на его губы. Снова гладко выбрит. Давняя привычка, которая мне по нраву. Веет чем-то советским, потому что сейчас все сплошь с растительностью на лице. Отец тоже каждое утро начинал с бритья. Ради любимой женщины. Моей мамы.

— А ты счастлив, Лапин?

Он снова смотрит в мои глаза, раздумывая над чем-то.

— Это всё философия, Галь.

Цокаю языком, закатывая глаза. Он всегда мне будет напоминать прошлое. Может, потому что сам им является.

Прошлым. Но не таким, как Стас, куда нет возврата.

Настоящим. Но не Арсом, куда возврата не будет.

Будущим.

— Ну так что? - не сдаюсь, перехватывая его талию удобнее.

Со стороны нас можно принять за влюблённых, только у меня внутри будто выжженная пустыня. Центр, отвечающий за любовь, сгорел дотла. Архипов, Малышев. Безумная любовь до агонии, с одной стороны, и удобный брак с другой. Я искренне верила, что у нас всё отлично. И мы были компаньонами, противниками, любовниками. Но никогда мужем и женой. Не теми, кто станут стареть вместе.

— Что ты хочешь услышать? - Сашка хмурит брови. Совсем, как в школе. А я понимаю, что нам не пятнадцать, и даже не восемнадцать. Может, полжизни прожили, кто знает, сколько ещё осталось. Хватит совершать глупости, только непреодолимо хочется его коснуться.

Тянусь губами к гладкой щеке, оставляя лёгкий поцелуй, и трусь носом, чувствуя, что такие простые действия вызывают во мне что-о тёплое и доброе. А потом скольжу к его губам. Ещё одна глупость, и мы просто забудем об этом завтра, но сейчас я впервые за всё наше знакомство целую Лапина, и он, помедлив пару секунд, отвечает мне нежно, будто боясь, что может сделать что-то не так.

Едем в машине к матери, потому что именно там сейчас мой дом.

— Я искал Пашку, - Лапин на меня не смотрит, да и как-то неуютно было бы сейчас от его взгляда. Кажется, я всё испортила этим чёртовым поцелуем. Не знаю, что нашло. Только в тот момент был небывалый всплеск нежности.

— Можешь не искать, это Архипов. Уверена, сегодня же вернёт его обратно.

— Арс держал его силой?

— Не думаю, что он действовал бы настолько по-идиотски. Там что-то другое.

Следует позвонить брату, только вспоминаю, что теперь у меня нет гаджета. Чёртов Архипов, который считает, что ему всё дозволено. Наберу от матери. Если он не совсем идиот, не будет подставляться. Даже сам рассказал, что именно так и выманил меня из другой страны. Вот такая шахматная партия.

— Слушай, - не выдерживаю, потому что после поцелуя мы просто какое-то время стояли, а потом я отстранилась, отправляясь к машине и кляня себя на чём свет стоит. У меня был друг, и я всё испортила. - Это ничего не значит, да? Всё останется, как прежде!

Голос какой-то не уверенный. Не хватало, чтобы он ещё решил, что я бросаюсь в его объятья потому, что в моей жизни все мужики козлы.

Спрашиваю не только у Лапина, но и у себя, потому что уже запуталась. Он просто друг. Тот, кого знаю миллион лет. Это же Сашка! Свой в доску. Только именно сейчас что-то изменилось. Он не просто отвечал, он будто отдавал частицу себя.

— Нормально, Галь, - сжимает желваки, и я увожу взгляд в другую сторону. Да хоть триста раз повтори «нормально», от этого ничерта нормального не будет.