Книга Измена под бой курантов, страница 80 – Ирина Манаева

А вот и подбираемся к теме, кажется, теперь понимаю, что именно он хочет узнать.

— И слышать его не хочу до суда. Хотя, там тоже не хочу, но придётся.

— Значит, ты не в курсе, что у него на нас компромат? — слышу в голосе улыбку. Ну вот, уже и до него дошло. Значит, Кораблёв навёл шума, и сплетни о том, что хирург спит с его женой, расползлись по заведению, как гремучие змеи.

— Да, я виделась с папарацци, — вздыхаю, а он в ответ удивлённо мычит. — Это та самая, что представлялась его сестрой. А если быть точнее: его любовница. Случайно увидела и решила, что это прекрасная возможность расшатать и без того малочисленные нервы. У тебя будут проблемы?

— Не-а, — тянет, тут же зевая прямо в телефон, отчего я невольно повторяю за ним, прикрывая рукой рот и стараясь не выдать себя звуками.

Дверь резко открывается, и влетает счастливая Ланка с криком.

— Я выиграла у деда!

Показываю поднятый вверх палец, целуя в щёку, и отправляю обратно, тут же закрывая дверь, чтобы никто не мешал.

— Детёныш празднует победу? — интересуется Рад.

— Да, — отвечаю рассеянно, думая про Кораблёва. — И что теперь?

— Что? — переспрашивает Назаров. — Иду в душ, а потом на работу, — слышу, как потягивается, и хрустят несколько хрящей.

— Я про Эда.

— А что с ним? Янка, если ты боишься за свою репутацию, буду клясться на Библии, что ничего не было.

— Я о тебе.

Небольшая пауза.

— А что я? — слышу, как открывается бутылка с газировкой или минералкой, и он делает несколько глотков, а жду, что скажет дальше. — Я на работу, — усмехается. — Кстати, есть друзья в псих-диспансере, — усмехается. — Могу по блату устроить твоего Кораблёва.

— Не смешно.

— Янка, ну что ты от меня хочешь? Какие у неё доказательства?

— Фото, где ты угощаешь меня кофе.

— Да ты что? — ахает, будто и впрямь я сказала что-то ужасное. — Серьёзно? — Скажи мне, по каким законам угощать красивую девушку кофе — преступление.

— Он придёт к тебе, уверена, и будет задавать вопросы.

— И получит ответы, — тут же отозвался, — или в морду, если будет сильно приставать.

Сдерживаю улыбку. Как у мужчин всё просто. Ладно, если он не видит в этом проблем, то и мне нечего переживать.

В комнату на этот раз входит отец, но тут же останавливается.

— А, разговариваешь, — кивает, намереваясь закрыть дверь.

— Пап, — зову, прикрывая трубку ладонью. — Что такое?

— Да нет, потом, — отмахивается.

— Ну, скажи.

— Я на завтра позвал Татьяну, она придёт.

— Отлично, — радуюсь. Он пересилил себя и сделал шаг навстречу. Когда-нибудь мы действительно съедем, так почему ему не подружиться с кем-то, кто нравится.

— Ты с Викой? — интересуется.

— Нет, нет.

— Здравствуйте, Павел Борисович, — кричит в трубку Назаров, и его голос доносится до ушей моего отца.

— Кто это? — не понимает он, и я цокаю языком.

— Родион, — отвечаю нехотя, мысленно костеря того, что решил вылезть.

— Вам от меня привет передавали? — снова кричит, и я намереваюсь прикрутить динамик, но отец тут же протягивает руку, желая сказать тому несколько слов. Вот же блин.

Слушаю, как произносят приветствия и отправляюсь посмотреть, отчего так тихо сидит Ланка. Как только вхожу, вижу, как испуганно дёргается, и прячет что-то за спиной.

— Что там? — спрашиваю ласково.

— Ничего, — тут же качает головой. Но по всему её виду понятно, что успела нашкодить.