Книга Предатель. Я выбираю себя, страница 18 – Ирина Манаева

Кстати, об этом. С недавнего времени Лев грезит стать депутатом, видимо, дорос. Готовит почву, налаживает знакомства, и развод в его планы никак не входит, теперь я вижу это ясно, как день. А вот чего не понимаю, был ли сегодня у них разговор с рыжей на счёт ребёнка? Выходит, Привалов не знал, что сделала эта стерва? Для него это приятный сюрприз или всё же апокалипсис?

Снова паника поднимает голову, и я пытаюсь её гасить.

— Я предлагаю сделку, - продолжает гнуть свою линию, - мы же можем договориться.

— Договориться? О чём же? О графике твоих любовниц? Я выбираю чётные дни, это символично – для живых. Ей, так и быть, пришлю две гвоздики.

Он растягивает улыбку.

— Вот за это ты мне всегда нравилась. У тебя хорошее чувство юмора.

— Тогда давай просто посмеёмся и будем жить дальше.

— Разумное решение, но я же понимаю, что это сарказм.

— Скажи, а имя у неё настоящее? – решаю удовлетворить интерес. – Капа, - вспоминаю и кривлюсь. – Не имя, а прослойка между зубами.

— Капитолина, - даёт полное Лев.

— От слова капитулироваться? – показываю, как мне противно слышать его. – Хорошего человека Капой не назовут!

— Послушай, Женя, ты беременна. Сейчас не время устраивать войну. Давай говори, что тебе нужно, и я постараюсь выполнить условия.

— Бусики и трусики? – с издёвкой смотрю на него. – Лёв, ну ты серьёзно? Я сама могу себе позволить всё, что захочу, например, комплект из того чёртового магазина или украшение, даже машину. Если ты не забыл, фирма, на которой ты работаешь, принадлежала моей семье! – тычу себя в грудь.

Его лицо искажает гримаса удивления, потому задумчивости, и вот уже он выпячивает нижнюю челюсть и вытягивает губы в кривой улыбке, цокая языком.

— Вот, значит, как ты заговорила.

— Ртом, Лёва, ртом. Наверное, ты привык, что обычно тебе этим местом делают что-то другое.

— Да ПРЕКРАТИ! – повышает на меня голос, заводя двигатель.

— Я не еду.

— Ещё как едешь!

— На своей машине.

— Нет, ты слишком взвинчена, - отзывается нервно, подъезжая к воротам.

— Я?!

Он издевается? Это сейчас говорит мужик на водительском в состоянии крайнего возбуждения?

— Привалов, нельзя ехать в таком виде! Знаешь, сколько аварий происходит, когда за рулём нервный человек. Выпусти меня! Немедленно!

— Боишься, Жень? Да? – упивается своим положением сейчас. - Мы с тобой не враги.

— Сейчас очень даже.

— Нет, - качает головой. - Мы муж и жена.

— Это легко исправить.

— И тебе плевать, что у меня чувства?

Тут уже не выдерживаю и принимаюсь громко хохотать. Вот же мерзкая пакость, а не Привалов.

-Ты бы свой локатор чувствительности при себе держал, а то он что-то налево смотрит.

Ворота приходят в движение, но ехать с ним сейчас действительно опасно.

— Ладно, - пытаюсь его успокоить. – Давай дома всё обсудим, но сперва мне нужно в уборную.

— Прямо сейчас?

— Я беременна, Лев, - показываю на живот. – Ребёнок давит на…

— Давай без подробностей.

И он отщёлкивает замок.

Чёрта с два я поеду с ним, особенно после того, как Лев не просто со мной говорил, а принуждал к разговору.

Делаю вид, что иду обратно в дом. Шаг твёрдый, но тут же вспоминаю, что зла на мать, и не только потому что она теперь с молодым, а из-за Киры, и немного замедляюсь. Полагаю, это было сказано не специально, а она не имела ввиду то, что в итоге вышло.