Книга Дикая. Я тебя сломаю, страница 38 – Ксения Рокс

Дина останавливается, медленно поворачивается.

Складывает руки на груди и смотрит на меня так, будто сейчас будет бить, но не кулаком, слава господи, а словом.

— А ты на что рассчитываешь, Ярохин? — холодно спрашивает она. — Решил сыграть героя, чтобы я в качестве благодарности в постель к тебе прыгнула? Или на колени встала? Ну давай, говори. Не стесняйся.

У меня внутри все закипает. Лучше бы не стал впрягаться, вот дала бы ей эта махина по башке, может хоть чуть добрее бы стала!

— Если бы не я, — сухо тяну. — Всё могло бы кончиться для тебя куда хуже.

Мы долго и уперто смотрим друг на друга. На поражение.

Потом она выдыхает.

— Хорошо, — говорит уже мягче. — Спасибо, что спас меня. Правда.

И всё, разворачивается и снова уходит.

Чёрт. Я понимаю, что не могу просто так это оставить.

— Эй, погоди! — бросаю ей вслед. — Ну хотя бы кофе угостишь?

Натягиваю на губы самую обаятельную улыбку, на какую способен.

Дина раздраженно закатывает глаза, но ответить не успевает.

— Эй! Вы двое! А ну стоять! — чей-то резкий голос доносится сзади, и мы вдвоем оборачиваемся.

У входа в зал стоит тучная женщина средних лет, руки в боки. Взгляд такой, что может убить без пистолета.

— Вы последние из зала выходили?

— Ну да, — невозмутимо отвечает Дина.

— И конструкцию свалили?! — взрывается тетка. — Вот молодцы какие! А кто это исправлять будет?!

Она становится ещё злее, а Дина смотрит на неё так… Так, что я понимаю, сейчас здесь будет либо скандал, либо бой без правил. И, бля, я уже не уверен, кого из них мне придётся спасать следующим.

Делаю шаг вперёд, потому что молчать уже невозможно.

— Она сама свалилась, — бросаю жёстко. — И, между прочим, чуть не убила девушку. Какой болван её вообще закреплял, а? Руки из жопы, так хоть болты нормально затянуть можно было!

В зале повисает напряжённая тишина. Я чувствую, как Дина рядом напрягается, но мне уже плевать. Если уж геройствовать, то до конца.

Тем временем женщина смотрит на меня так, будто я не человек, а насекомое под подошвой.

И, похоже, её мои слова вообще не задели.

Она скалится, именно скалится: так ехидно и мерзко. Потом тычет в меня пальцем.

— Так пойди и закрепи, — тянет она, смакуя. — Покажи, смелый, как надо.

Я сжимаю челюсть.

— А девушка твоя тебе поможет, — добавляет она с довольной усмешкой. — Давайте, давайте…

И машет рукой в сторону входа в зал, будто нас в подсобку загоняют, как двоих провинившихся школьников. Вот же сука.

Я поворачиваюсь к Дине. Она что-то шепчет себе под нос, явно нецензурное. Зубы сцеплены, взгляд злой, опасный. Потом резко разворачивается и идёт обратно в зал.

— Отлично, — бурчу себе под нос. — Просто охуенно.

И шагаю за ней следом.

Дина

Отхожу чуть в сторону и молча наблюдаю, как Ярослав пытается водрузить конструкцию обратно. Деревянный домик упрямо не хочет вставать на место. Он перекошен, тяжёлый и явно собран на соплях. Ярохин тянет его, толкает, меняет угол, снова тянет. Чертыхается, матерится сквозь зубы. Лицо напряжённое, брови сведены, даже жилы на шее проступают.

И, чёрт возьми… мне это нравится.

Мне нравится смотреть, как он злится. Как у него что-то не получается. Как он понимает, что не всё в этом мире ему подвластно. Пусть знает, полезно такое иногда.

Прислоняюсь плечом к стене и просто смотрю.