Книга Мажор. Он меня погубит, страница 6 – Ксения Рокс

Боже… Становится ещё страшнее.

— Первое время они тебе жизни не дадут, — продолжает Юля спокойно. — Будут гнобить, унижать. Но потом привыкнешь. Или научишься терпеть. Или найдёшь, как огрызнуться.

— А какое у них может быть задание?

Юля смотрит в потолок.

— Кто его знает. Каждый год что-то новое. Мне два года назад пришлось исполнять роль служанки на вечеринке первокурсников, в прошлом бедных заставляли прыгать в бассейн с зеленкой. Представляешь? Потом неделями отмыться не могли.

Я качаю головой, не то от ужаса, не то от стыда за этот чужой мир. Да что они о себе возомнили, в конце концов?! Разве так можно?!

— Меня позвали… В лес, — говорю тихо.

Юля приподнимает брови:

— Конкретно?

— Да. Сегодня, в восемь.

— Так… — она на секунду задумывается. — Это что-то новенькое. Но ты знаешь, все же лучше сходи.

— Почему? — я почти вскрикиваю.

— Ну, понимаешь, провалишь испытание, и что? Все проваливают. Но если не придёшь, они тебя будут давить до конца. Сходить туда хотя бы ради того, чтобы показать, что ты не из ссыкливых. Здесь уважают только тех, кто не боится.

Я слушаю и чувствую, что внутри всё переворачивается. Хоть это и страшно, но её логика понятна. Я ведь и сама придерживалась такого же мнения.

— Поняла, — шепчу.

— Сходи, но будь осторожна, — добавляет Юля. — Эти типы непредсказуемы.

Она ненадолго замолкает, а я решаю задать ещё один вопрос:

— А ты знаешь, кто они вообще? Почему вся академия их боится?

Соседка качаю головой.

— Главный у них — Тоха, — невольно ежусь, услышав имя того самого мажора. Красив как бог, но в душе наверняка одни черти водятся. — Его отец — известный человек, поговаривают даже, с криминальным шлейфом. Пол Питера держит. Ну и по совместительству спонсирует нашу академию. Поэтому ему здесь можно всё. — Юля хмыкает. — Вторая пешка — Паха, третий — Вадя. Семьи у них тоже не бедные, не с таким, конечно, размахом, но Тоха — главарь.

Я опускаю глаза. Прозвище «Тоха» режет слух. Видимо, настоящее имя парня — Антон.

— Вот оно как… — бормочу задумчиво.

— Короче, — подытоживает Юля, — Держись от них лучше подальше, но сегодняшнюю «стрелку» лучше не игнорь. Поверь, хуже будет.

Девушка говорит спокойно, будто это обычный совет, но у меня холодеют ладони.

Вечер подкрадывается быстрее, чем хотелось бы. Два часа за разговором с Юлей пролетают незаметно. Я благодарна судьбе, что моей соседкой оказалась обычная девушка, без пафоса и гонора. И что она так великодушно посвятила меня в, так скажем, местные правила. Теперь хотя бы примерно соображаю что к чему.

Краем глаза вижу, как стрелка часов ползёт к без десяти восемь. Встаю с кровати, на всякий случай беру воду и толстовку.

Юля тревожно поглядывает на меня.

— Слушай, только аккуратно. Буду держать за тебя кулачки, — девушка криво улыбается.

— Угу.

Я встаю, ищу кроссовки. Ноги дрожат, пальцы будто деревянные.

Юля вдруг замечает мою особенность.

— Ты хромаешь?

— Угу. Это давно уже. Травма детства, сустав.

— Вот же гады, — качает она головой, голос полон осуждения. — Ничего святого у этих уродов нет. Ладно, Рит, держись. Удачи тебе.

— Спасибо.

Слова звучат слабее, чем хотелось бы.

Открываю дверь и выхожу в коридор. Воздух там густой, как перед грозой.

Голоса из соседних комнат глушат тревогу только на миг. Потом остаётся одно сердце, которое стучит всё сильнее.