Книга Ребенок от предателя, страница 44 – Ксения Богда

Встаю со стула, одергиваю пиджак и расправляю плечи. Протягиваю руку для пожатия.

— Спасибо за заботу о жене, я отблагодарю.

— Это моя работа, – нейтральная улыбка.

Покидаю кабинет и иду в сторону палат. Сердце в груди болезненно ворочается, пока в ушах отдается звук собственных шагов. Усаживаюсь на диван в палате и облокачиваюсь на коленки, опускаю голову, пытаюсь взять под контроль чувства.

Мне просто нужно остаток срока быть внимательнее к Веронике. К жене, черт меня раздери… к жене.

А не к той, к которой почему-то бесконечно возвращается мой мозг. Да и почему я постоянно переживаю о практически посторонней мне девушке?

Но перед глазами, вопреки всем здравым мыслям, снова возникает образ девчонки и её сына.

Шумно выдыхаю, запрокидываю голову и впериваю взгляд в белоснежный потолок.

Забудь, Леха… выброси из головы. Это не твоё…

Твое вот, в палате лежит сейчас и борется за жизнь ребенка, который не виноват в том, что мы не сошлись и теперь наш брак висит на тонкой ниточке.

Вероника спит на боку, одна рука под подушкой, вторая спокойно лежит на животике. Как будто защищает от внешнего мира.

Прокашливаюсь, и матерюсь про себя, когда жена открывает глаза.

— Леша? – сонно щурится. – А ты как тут?

— Привет, – горло сжимает.

Даже это простое слово стоит мне огромных усилий. Совсем разучился с женой разговаривать нормально.

— Приехал после звонка врача. Тебя навестить. Узнать, как ты? Может, хочешь что-то?

Жена приподнимается на кровати и опирается на спинку. Прикрывает ненадолго глаза, а когда открывает их, вижу, что она с трудом сдерживает слезы.

— Единственное, чего я хочу, Леш, это того, чтобы ты был со мной.

— Я с тобой, Вероник, – мой голос звучит глухо, – я же тут.

Жена мотает головой.

— Нет, Леш, хочу, чтобы у нас снова все было хорошо, как вначале.

Вовремя прикусываю язык и не отвечаю, что тогда не нужно было по чужим кроватям бегать. Напоминаю себе слова врача, про спокойствие.

— Пожалуйста, Леш, – складывает руки на груди.

Смотрит на меня такими глазами, словно от моего ответа зависит её жизнь.

— Вероник…

Стискиваю зубы. Встречаюсь взглядом с женой и быстро отвожу глаза.

— Леш, пожалуйста. Ради малыша…

Ника

Пролистываю фото, чтобы немного почистить память телефона, и палец замирает над снимком четырехгодичной давности.

Всматриваюсь в лицо Леши, и, как и тогда, внутри все пронзает болезненной стрелой. Казалось бы, я справилась и пережила. Прожила ту ситуацию. Но я ошиблась. По-прежнему болит. По-прежнему тяжело смотреть в эти голубые глаза.

И это вовсе не из-за того, что каждый день я вижу такие же, только своего сына.

— Ма. Почитай сказку, – сын запрыгивает на кровать, чем жутко пугает меня.

Хватаюсь за грудь и выдыхаю.

— Кирюш, ну нельзя так маму пугать. Мама может в обморок от страха упасть.

Кирюшка только весело хохочет и заглядывает в телефон. А я пытаюсь переключить фото, но телефон, как назло, зависает и никак не реагирует на мои манипуляции. Даже блокировка не срабатывает.

— О, это же Леша, тот который Жужу забрал, – верещит мой ребенок на весь дом.

Шикаю на него.

— Что ты раскричался, сына?

Пытливый взгляд пронзает мое лицо. Сын подозрительно прищуривается.

— Он тебе понравился?

От неожиданности давлюсь. Удивленно хлопаю глазами.