Книга Дорогой Дуэйн, с любовью, страница 19 – Элиза Гордон

— Ну и дела, спасибо.

— Ты знаешь о чем я. С возрастом люди становятся медленнее. — Скале за сорок. Он определенно не стал медленнее.

— Есть идеи, сколько людей будет участвовать в соревнованиях?

— Оно открыто для всех желающих, потому что это сбор средств, но серьезно, Дени, Скала. Как долго ты тоскуешь по этому мужчине? — Девятнадцать лет? Я не раскрывала ей эту часть своей жизни. — Сегодня вечером ты покидаешь эту проклятую яму, где работаешь, идешь в торговый центр и покупаешь кроссовки, а затем идешь в ближайший спортзал и платишь пятьдесят баксов, чтобы присоединиться.

Дерьмо.

— Тебе не позволено сомневаться в себе. Сию минуту — посвяти себя своей мечте, Даниэла. Ты можешь это сделать. С этого момента ты — живая, дышащая реклама Nike. Поняла? — Спортивное мастерство? Я забываю как дышать.

Часть сбора средств будет легкой. Я работаю с семьюдесятью пятью другими женщинами, которые любят благотворительные организации и дела, особенно если речь идет о кошках или детях.

И Скала. Я действительно могла бы встретиться с ним в реальной жизни, во всей его великолепной плоти и крови. Мужчина, которому я изливала свое сердце с незапамятных времен — он был бы не просто Идеальным Мужчиной моей мечты. Он был бы настоящим человеком, стоящим прямо передо мной, и о чем мы будем говорить, и что, если я пукну перед ним, потому что я так нервничаю —

— Дени?

— Ладно. Хорошо. Я сделаю это.

Она радостно кричит, и я подпрыгиваю вверх-вниз, пока другая курица, сидящая за столом в десяти футах от меня, не бросает на меня взгляд «некоторые люди работают».

— Я отправлю тебе по электронной почте всю необходимую информацию. Зайди на сайт, чтобы зарегистрироваться. Обязательно скажи им, кто тебя послал...

— Даниэла. — Голос Старухи Джоан позади меня заставляет меня подпрыгнуть по совершенно другой причине.

— Дженис, я перезвоню. — Я вешаю трубку до того, как Леди Макбет закончит говорить, и поворачиваюсь лицом к своему боссу.

— Привет, Джоан. Как дела? Мне нравится твоя блузка. Новая?

— Я думала, ты должна был быть на своем «собрании книжного клуба». — Она ставит кавычки в воздухе своими длинными, костлявыми, ведьмовскими пальцами.

— О, я была. Мне только что позвонили. Важный звонок, так что я...

— Ты мешаешь сотрудникам этого здания. Либо заканчивай свое заседание книжного клуба, либо возвращайся в свое собственное здание.

— Да. Извини. У меня есть хорошие новости, и я... — Она останавливает меня своей покрытой венами рукой, распластанной в воздухе между нами.

— Кроме того, для тебя пришел еще один факс. От твоей матери. Пожалуйста, скажи ей, чтобы она перестала пользоваться факсом компании.

— Я так сожалею об этом. Она действительно не любит электронную почту...

— Я оставлю это на твое усмотрение, прежде чем мне придется отправить ей официальное уведомление от «Великого Здравоохранения и Благополучия» вместе со счетом за бумагу и тонер.

— Да. Ладно. — Джоан не задерживается в ожидании моего ответа. Я бы сказала вам, что она запрыгнула на свою метлу и улетела, но это было бы оскорбительно для тех из нас, кто действительно хорошо владеет метлами.

Каждый раз, когда я сталкиваюсь с этой женщиной, я ожидаю, что кто-нибудь крикнет: «Снимай!», а визажист подойдет и снимет страшную маску, которая одновременно является лицом Джоан, тем самым открывая под ней что-то более человеческое.