Книга Виннипегская Cтена и я, страница 89 – Мариана Запата

Проклятье!

Я вздохнула. Раз, два, три.

— Отлично. На сегодня достаточно, приятель.

Схватив Зака за руку, я повела его к дивану, как маленького ребенка. Рухнув на подушку, он широко распахнул свои остекленевшие и такие невинные глаза, что я не смогла сердиться на него дольше секунды.

— Сиди здесь.

Он сел.

— Я пойду принесу тебе воды, а ты не двигайся, хорошо?

Он сделал усилие и посмотрел на меня, совершенно ошеломленный. Я была абсолютно уверена, что он меня не видел, хотя явно пытался. Он облизнул губы.

— Да, мэм.

Мэм? Из последних сил я постаралась не расхохотаться.

— Я скоро, – прохрипела я, зажимая рот рукой. Я отступила на пару шагов, чтобы не напороться на осколки лампы, и направилась в кухню. Я включила свет, наполнила водой пластмассовый стаканчик, потому что стекло ему сегодня не стоило доверять, и заодно захватила из кладовки щетку и совок.

Зак сидел там же, где я его оставила. Ботинки валялись посреди комнаты, тело свешивалось с дивана. Глаза были закрыты.

Широкая безмятежная улыбка на его лице окончательно добила меня.

Меня затопила волна нежности, когда я присела на корточки, чтобы ткнуть Зака в плечо. В ту секунду, когда он лениво открыл свои голубые глаза, я протянула ему стакан с водой.

— Пей, приятель.

Зак без возражений взял стакан, а я занялась беспорядком на полу. Я смела все, что смогла, в совок, высыпала осколки в маленькую картонную коробку, которую нашла среди мусора, и кинула ее обратно в ведро. Взяв из кладовки пылесос, я притащила его в гостиную и на всякий случай пропылесосила.

Только я выключила пылесос и повернулась, чтобы вернуть все по местам, как у меня перехватило дыхание, и я издала самый девчачий, самый жалкий писк в истории вселенной. Это не было «а‐а‐а» или «ой». Это было похоже… ну не знаю, на что это было похоже, но хвастаться тут было нечем.

Всего в полутора метрах от меня, окутанный мраком коридора, стоял Эйден, как чертов серийный убийца.

— Как ты меня напугал, черт возьми! У меня чуть инфаркт не случился. – Я приложила руку к груди, будто это помогло бы удержать сердце внутри. – Господи.

— Что ты делаешь? – спросил он низким хриплым голосом.

Я тяжело дышала, все еще прижимая руку к груди.

— Кое-кто разбил лампу. – Я махнула в сторону Техасца, развалившегося на диване и безразличного ко всему и всем в этом мире.

Я посмотрела на Эйдена, его заспанное лицо, его мятую белую футболку, тонкие домашние брюки, которые он совершенно точно натянул перед тем, как спуститься сюда – потому что за два года работы бросала их в стирку всего пару раз, – и почувствовала укол совести. Обычно он ложился спать как можно раньше, чтобы обеспечить себе как минимум восемь часов сна, а тут я со своим пылесосом.

— Прости, мне очень жаль. Не хотела тебя будить, – шепотом сказала я, хотя была уверена, что могла бы бегать по комнате и колотить в кастрюли и сковородки, и Зак все равно не проснулся бы.

Эйден пожал своим огромным плечом, взгляд переметнулся с меня на бывшего товарища по команде. Мне не надо было смотреть на Зака, чтобы знать, что он лежал в полной отключке на диване, особенно когда взгляд Эйдена остановился ровно на этом месте за моей спиной.

— Сколько он выпил? – спросил Эйден, зевая.

У меня под ложечкой засосало от чувства вины.