Книга Виннипегская Cтена и я, страница 143 – Мариана Запата

— Он придурок. Ты это знаешь, – начала я, открывая другой глаз. – И как-то раз он пытался подкатить ко мне.

Зак сверкнул своими голубыми глазами.

— Когда?

— Может, года полтора назад.

Это было точно полтора года назад, но к чему эти детали?

— Мы с Дианой сидели в баре. И он был там. Пьяный. Узнал меня… потом стал надоедать, пытался поцеловать и исподтишка трогать меня за задницу. Все как обычно.

Мой друг потянул себя за мочку уха и послал мне самую фальшивую улыбку, на которую был способен такой искренний человек, как он. Это меня не успокоило. Ничуть.

— Ни хрена себе, подруга.

Я отмахнулась.

— Это ерунда. Сейчас я просто держусь от него подальше. Не нужно было даже упоминать это.

Взгляд Зака будто остекленел. Казалось, он ошеломленно смотрит куда-то поверх моего плеча.

— Ау, Зак?

Он перевел взгляд на меня, на губах наконец появилась искренняя улыбка.

— Прости.

В Заке не было ни грамма грубости. То, что он отключился, никак с ним не вязалось.

— О чем ты задумался?

Он ответил моими же словами:

— Ничего такого, миссис Грейвс.

— Прекрати это.

Неделя пролетела незаметно. Работы было невпроворот, а потом раздался звонок от Родриго, брата Дианы, с просьбой срочно подменить его с детьми – у Дианы не получилось освободиться. Я не смогла отказать. Я обожала этих мальчишек, и хотя Родриго в свое время повел себя как последний идиот, не поверив, что Диана способна его обмануть, в целом он был хорошим парнем. Я нашла у ребят забавную игрушку и выкупила ее у них за пять долларов.

Как-то раз позвонила мама и спросила, приеду ли я на праздничный ужин по случаю Дня благодарения. Я ответила ей то же, что и каждый год, начиная с восемнадцати: «Нет». Я перестала объяснять причины своего отсутствия. Моего младшего брата там не было, а я появилась бы там только ради него. Но я знала – он никогда не станет меня об этом просить. Мать ни словом не обмолвилась о Сьюзи и двух других монстрах, с которыми меня связывали общие гены.

Не успела я оглянуться, как наступила среда, и дом опустел. На День благодарения у «Трех сотен» была игра против их главных соперников, так что мой единственный оставшийся в городе сосед пропадал на тренировках с утра до ночи.

Поэтому я удивилась, когда в среду вечером телефон, лежавший на столе, оповестил о новом сообщении.

От Эйдена.

Эйден: Идешь на завтрашний матч?

Я: Записывай. На этот раз только один билет, пожалуйста.

Эйден: Всего один?

Я: Ага…

Зак уехал, Диана сообщила, что летит к родителям в Сан-Антонио на День благодарения, и, если я захочу составить ей компанию, она, так уж и быть, не станет нарочно разбивать свою машину. Я ответила, что ценю ее великодушное предложение, но останусь в Далласе, чтобы встретиться с младшим братом – у его команды в пятницу была игра неподалеку. День благодарения я могла бы посвятить работе над дизайном для футболок, до которого давно не доходили руки.

Эйден: Не с кем пойти?

Я: Я одинокий волк.

Эйден: Хомячок.

Я: Если уйду, будешь скучать, солнышко.

Едва отправив это сообщение, я чертыхнулась и послала ему еще одно.

Я: Спасибо за билет.

Он не ответил, но, выйдя из душа тем вечером, я нашла на кровати сверток в цветах «Трех сотен» в пластиковом пакете. Сорвав упаковку и развернув содержимое, я увидела новенькое джерси с логотипом команды и надписью ГРЕЙВС на спине. Я так сильно разулыбалась, что у меня заболели щеки.