Книга Мой темный принц, страница 75 – Паркер С. Хантингтон, Л. Дж. Шэн

Я в раздражении бросилась в ванную и повсюду разбросала свою одежду, прекрасно зная, что мой жених, самопровозглашенный барахольщик, ненавидел беспорядок.

Приняв душ, я вернулась в спальню, завернувшись в полотенце.

Оливер поприветствовал меня храпом.

На следующее утро я проснулась в пустой кровати и обнаружила на тумбочке одинокую голубую розу. Без записки.

Я спустилась на кухню, следуя на масляный запах блинчиков. Он сложил целую стопку на тарелку, полил кленовым сиропом и поставил на стол рядом со стаканом свежевыжатого апельсинового сока.

Я поднесла его к губам, не отводя взгляда от панорамного французского окна с видом на озеро. Глаза горели от желания посмотреть на него. Изучить. Понять, что он от меня скрывает.

Мне было невыносимо оттого, что между ним и его братом явно что-то произошло. Я верила всем сердцем, что Оливер фон Бисмарк любил меня сильнее всех на свете. Но его младший брат явно мог потягаться за первое место.

Почему он не хотел мне рассказать?

Конечно, Брайар до амнезии знала правду.

— Поеду поиграю в гольф. – Олли подал мне салфетку, поцеловал меня в макушку и прихватил банан с протеиновым батончиком. – Даллас должна прийти с минуты на минуту.

— Нет, не едешь. – Я отпила сок. – Ты ненавидишь гольф. Всегда говорил, что это самый скучный спорт на свете.

— Второй самый скучный спорт на свете, – возразил он. – Нет ничего скучнее керлинга. Все равно что смотреть, как два человека моют пол в замедленной съемке.

Оливер прислонился бедром к столу, словно само воплощение расслабленности. Будто бы он не избегал меня прошлой ночью. Может, я надумала лишнего. Он ведь правда выпил много вина за ужином.

Апогей иронии в том, что за неимением воспоминаний мою голову переполняло все остальное.

Вопросы. Мысли. Тайные замыслы.

Я взялась за блинчик, поражаясь тому, что Олли, оказывается, теперь умеет готовить.

— Куда ты собрался на самом деле?

— В общем. – Он открыл холодильник и достал оттуда обед в контейнере. Да сколько же он ел? И могли ли мы это себе позволить, даже будучи миллиардерами? – Я полюбил гольф.

— Неправда, – решительно возразила я, вращая стакан между пальцами. – А еще ты надел костюм. Скажи, куда ты собрался.

Оливер целиком засунул в рот вареное очищенное яйцо, раздраженно нахмурившись.

— От тебя никогда ничего не ускользает?

— Нет. – Я разрезала еще один блинчик. – Родители ускользнули. Хотя, если честно, скатертью дорожка.

— Эти сволочи не стоят даже бактерий, которыми ты чихаешь. – Он хмуро посмотрел на часы Patek Philippe и пробормотал что-то грубое о том, что Даллас всюду опаздывает, даже на собственную свадьбу. – Не волнуйся. Мои родители тебя обожают и с нетерпением ждут встречи. – Он ободряюще улыбнулся мне. – Мама всегда говорила, что ты ей как дочь, которой у нее никогда не было.

— Неплохо ушел от темы. Она мне тоже нравится. Так куда ты собрался?

Оливер простонал, роясь в контейнере в поисках второго вареного яйца.

— На заседание правления в отеле.

Я повернулась на стуле, и моя челюсть чуть не упала на пол.

— Ты взял на себя руководство «Гранд Риджент»?

Он кивнул, прихватив шейкер и упаковку белкового порошка.

— Папа уже давно сам не свой.

— С ним все нормально?

— Он здоров. – Олли кивнул, и я откинулась на спинку стула от облегчения. – Формально он все еще генеральный директор, но бизнесом занимаюсь я.