Книга Мой темный принц, страница 194 – Паркер С. Хантингтон, Л. Дж. Шэн

Первым делом мне захотелось спуститься и врезать Олли по физиономии.

Потом я вспомнила о своей клятве быть благочестивой пацифисткой.

Поэтому вторая моя мысль: бежать куда глаза глядят. Конечно, я испытывала чувства к Оливеру. Но наша помолвка фиктивная на все сто.

Очень скоро я вернусь в Лос-Анджелес по работе. Более того, последние две недели я присматривала себе новую квартиру (и приходила в ужас от цен).

Из этого ничего не выйдет, и я больше никогда не поставлю себя на последнее место ради другого человека.

Фиктивная свадьба – лишь повод понизить градус напряжения. Дразнить друг друга, пока придумываем милые идеи для свиданий. Бесконечная игра «кто моргнет первым».

Конечно, не я.

Моя состязательная жилка не позволит.

В качестве бонуса мои родители разозлятся, не получив приглашения.

В чем единственная загвоздка в этом фарсе? Искренняя радость Агнес.

Фэрроу отпила шампанское.

— Да, только ты видишь в нем торт.

— Я люблю свадебные торты. – Даллас со вздохом запрокинула голову и уставилась в потолок мечтательным взглядом. – Сами свадьбы, скорее, просто приятное дополнение.

— Раз ты так любишь торты, может, будешь отвечать за торт на свадьбе Оливера и Брайар?

Мне хотелось придушить их обеих. Они знали, что свадьба не состоится, но все равно притворялись перед бедной увлеченной Агнес.

— Не искушай меня. – Даллас повернулась ко мне. – Брайар, что думаешь насчет торта на десять ярусов?

— Что это неизбежная изжога, – проворчала я.

Неважно. Все равно этому не бывать.

— Хорошо. Тогда решено. Торт из двенадцати ярусов. – Даллас сложила руки вместе. – Кто-нибудь проголодался?

Фэрроу допила шампанское.

— Нет, но очень хочу тыквенный фраппе.

— Осторожно, вдруг ты беременна.

— Я не бросила принимать противозачаточные. Пока.

— Занимательный факт. – Я пыталась поправить глубокий треугольный вырез платья, чтобы оно больше прикрывало грудь. – В одном фраппе больше сахара, чем в двенадцати пончиках.

Даллас вскочила с дивана, разинув рот.

— Ты хочешь сказать, что двенадцать пончиков не так вредны, как я думала все это время? Такое чувство, будто я только что узнала нечто, имеющее историческое значение.

Фэй хлопнула себя по лбу.

— И это все, что ты извлекла из услышанного?

Агнес вернулась с пластиковой коробочкой, полной булавок.

— Брайар, милая, платье сидит на тебе безупречно. – Она подколола шелковый шлейф платья из микадо ^[52], которое я примерила. – Оливер сойдет с ума, когда тебя увидит.

Я не сдержалась и покружилась, рассматривая себя в зеркале.

— Надеюсь, он не устанет от меня до свадьбы.

Нам обоим не помешает посеять зерно сомнения в умах его родителей.

— Шутишь? – Агнес отложила коробочку с булавками и скрестила руки на груди. – Ты всегда была его единственной. Я видела, в каком он пребывал отчаянии после вашего расставания. Он так и не оправился. Пока ты не вернулась. Я не видела его таким счастливым с тех пор… – Она замолчала и задумалась, нахмурившись. – Если честно, никогда.

Это пытка.

Я ненавидела лгать.

— Благодаря тебе в его глазах снова появился свет, – продолжила она, всматриваясь в мое лицо, будто это я нарисовала на небе луну и звезды. – Я впервые не беспокоюсь за него и его будущее. Все благодаря тебе.

Я повернулась к ней и взяла ее за плечи. От слез, навернувшихся ей на глаза, во мне проснулась совесть. Эта изощренная шутка в итоге ранит ее. Как и правда, если я ее открою.