Книга Мой темный принц, страница 176 – Паркер С. Хантингтон, Л. Дж. Шэн

Он потянулся и дотронулся до моего лица. Как только его пальцы коснулись моей щеки, у меня возникло чувство, будто он пробрался в невидимую трещину, разверзнул ее и пролил свет на мои раны. Я прильнула к его грубой ладони и прижалась к нему, устроившись между его раздвинутых ног.

— Ты опубликовал фотографию, на которой подвозил Себастиана в аэропорт перед полетом в Индию, – прошептала я.

В горле встал ком от чувства вины. Я не могла рассказать Оливеру о своих частых встречах с Себастианом. Один неверный вдох мог разрушить хрупкое доверие Себа. Я поклялась не нарушать его, зная, что его самоотверженный брат все поймет.

— Старая фотография. Он заставил меня это сделать. – Оливер провел губами вдоль моей шеи и по плечу, целуя в местечко, которого всегда касалось солнце. – Не хотел, чтобы кто-то увидел его лицо. Выдумал историю про Индию. О том, что выбрал жизнь без стресса вместо Олимпийских игр. А я ее поддержал.

— Я думала, ты забыл обо мне.

— Я только о тебе и думал. Даже сейчас. Спустя столько лет. Долгое время ты казалась мне тенью, которая следует за мной по пятам. Но ты не тень. Я тень. Ты живой, дышащий организм внутри меня. А я так, дополнение.

Мы устремились друг к другу, словно к воде в пустыне. Я первая прильнула к его губам, наконец-то отпустив ситуацию. Расплакалась посреди поцелуя. Мои соленые слезы смешались со сладостью нашей страсти.

Олли встал на колени и, обхватив мой затылок, уложил меня на ковер. Он целовал, покусывал и водил носом по всему моему телу. Я вцепилась в его плечи, вся в слезах, но вместе с тем была сама не своя от удовольствия, когда он головой развел мои бедра и поцеловал каждое с внутренней стороны.

— У меня больше никого не было. – Он провел языком от тазовой кости и прошелся им между ног поверх нижнего белья. – Тебя было невозможно разлюбить. Противоестественно, как пытаться не дышать.

Оливер сдвинул мои трусики в сторону и припал губами. Я задрожала от его прикосновения, тяжело дыша. Прозвучало слишком похоже на признание в любви. Но не успела я это осознать, как он проник в меня языком.

Я выгнула спину, оторвав ее от пола, и застонала. Оливер провел рукой вдоль моего тела и сжал правую грудь, жадно меня поглощая. Он глубоко проникал языком, безжалостно трахая им и надавливая носом на клитор.

Удовольствие было настолько сильным, что под закрытыми веками вспыхнули звезды.

Его грубая короткая щетина царапала бедра.

— У тебя такая розовая кожа, – пробормотал он, целуя, покусывая и проникая все глубже. Шире развел мои бедра. – Такая красивая. Я вот-вот кончу в штаны просто оттого, что ласкаю тебя ртом.

Я впитывала все. Его обожание, ощущения, чувство, что наши тела, казалось, синхронизировались снова, будто мы и не разлучались вовсе.

А когда он добавил два пальца, сдвинулся к клитору и зажал его губами, первый оргазм сотряс меня, как землетрясение. Перед глазами все затуманилось, мышцы напряглись, и в мире не осталось ничего, кроме нас с ним – на мохнатом ковре в здании, которое он купил, чтобы я почувствовала себя как дома, – где мы наверстывали упущенное время.

И понимания, что мы наконец-то нашли то, что стоит сберечь.