Книга Счастливый билет, страница 56 – Юлия Зубарева

Лежать на теплом, прогретом камне и слушать, как волны рассказывают сказки друг другу, обгоняя и перебивая на камнях, играют солеными брызгами, соглашаться, кивать каждому слову, понимая, что она не поедет жить в Питер, не бросит маму и своих учеников, а Кир не сможет ужиться в маленьком провинциальном городе. Молчи, соглашайся и не разрушай такую прекрасную, несбыточную сказку, о большой любви, что верит в себя и плюет на препятствия.

Маргарита Николаевна встречала их накрытым столом и привычно раздраженным тоном. Ворчала на Маринку, что та решила объявить голодовку перед отъездом, досталось Киру за бестолкового племянника, что так и не показал новую подружку. Прошлась трактором по их идее утащить неведомо куда бабкино зеркало. Только планшет и утихомирил немного язвенную отрыжку тетушки Риты. Перетянув внимание на себя, она удовлетворенно замолчала на кресле с котом на коленях. Эти простые и такие земные склоки, впрочем, и Маринку вернули на землю. Нельзя страдать от романтического несовершенства мира, когда в тебя пихают очередной беляш или пропесочивают ребят начиная с детсадовского возраста. Хочешь не хочешь - будешь включаться, уворачиваясь от сердечной оплеухи, что должна была достаться Киру за недостаточно почтительный ответ хозяйке дома.

Тетушка, как большой житейский магнит притягивала к себе истории, внимание и эмоции, похлеще, чем любой дипломированный психолог. Ей не надо было рассказывать про растрепанные чувства самой Марины — королева Марго с глубины своих лет и так видела все несостыковки этого случайно вспыхнувшего курортного романа, но оставлять свои дела незавершенными она ой как не любила.

— Пойдем, милочка моя, на веранду, поможешь пока тут разобраться, а то прискакали, а делами никто и не думал заниматься, а ты вместо того, чтоб за девкой хвостом ходить, метнулся бы до магазина и хлеба купил. Поди решили, что у тетки тут лабаз в подполе. Как жрать, так никто не отказывается, а что завтракать будем сухарем, да хреном с маслом - это я должна думать. Иди, иди, не зыркай тут. Неслух мой пока свою кралю выгуливает, и ты за родственничка сойдешь, глядишь, не заблудишься.

Выпроводив оскорбленного в лучших чувствах Кирилла, тетушка Рита повернулась к Маринке и положила тяжелую и горячую руку на плечо. Посмотрела в упор и со вздохом потянула за собой в спальню.

— Пошли. Нечего стоять, времени не так много. Эх, давненько я в руках карты не держала, но тебе разложу перед дорогой. Это мужикам смотреть необязательно, они и так наворотят будь здоров, предупреждай, не предупреждай. А наше бабское дело тонкое, шея вперед головы должна знать, куда смотреть будут. Куда повернет, там и судьба его. Поняла неразбериха? Откуда вас только таких рожают пустодомных. Мужик говорю голова в семье, а голова где? Вот, на бабьих плечах все они держатся да крутятся. Не умеешь крутить, полбеды, главное, чтоб голову не снесло. Тьфу, не буду тебе больше ничего объяснять, потом поймешь, если мозги на место встанут. Садись вот сюда, да руки с коленей убери, не съем тебя. Нашла кого боятся. Ей счастья желают, а она жмется, от судьбы шарахается.

Вот смотри. Это значит ты королева кубков, блондинка по-здешнему. Королей полна колода набежала: чернявые, да бубновый. Вот еще один в доме казенном тоже интерес червями шлет, да не обломится ему. Больно баб любит. Чернявый поди Димка мой, но ему шестерка пиковая дорогу дальнюю обещает, да и не его расклад. Там дама крестей на всех путях ему житья не даст, вот и поделом кабелю. Может, внуков дождусь по такому случаю.