Книга Женское предчувствие, страница 56 – София Брайт

Дети, бегущие впереди, визжат от восторга и бросаются ко мне.

— Папа! – Нелли первая виснет у меня на шее, а Сава застывает рядом, но я сгребаю его в охапку и тоже целую в висок, чувствуя, что меня вот-вот разорвет на части от радости.

— Как же я соскучился! – говорю своим сорванцам.

Я и правда скучал по ним каждую секунду. И особенно невыносимо было оставаться вечером одному в нашем доме, что обычно наполнен звонкими голосами, смехом и запахом домашней еды.

Пустота и одиночество давили на меня. И лишь мысль о том, что скоро мы будем снова вместе, придавала сил.

Как только адвокат дал отмашку, что я могу улететь на какое-то время, я сразу воспользовался этой возможностью. Купил билет на ближайший рейс и рванул к своим.

Мне нужна моя семья рядом. И особенно Полина.

Только ее поддержка помогла мне пережить без срыва это непростое время угроз, разборок и расследования. Меня грела мысль о том, что жена все еще на моей стороне и ждет там, на островах, вместе с нашими детьми.

— Здоров, – смущаясь, говорит сын, но я вижу по глазам, что он, так же как и сестра, рад меня видеть.

Я обнимаю их, но взгляда не отрываю от жены. Она медленно подходит, и в ее глазах удивление и радость.

— Андрей… – робко говорит она. – Ты прилетел!

— Сюрприз, – кажется, что губы лопнут от того, как широко я улыбаюсь.

— А если бы нас до вечера не было? Так бы и стоял тут на крыльце? Надо было предупредить, – ласково журит она меня, и я кайфую от этого.

Да, хочу, чтобы она меня ругала, ждала, дулась и радовалась каждой нашей встрече. Потому что она единственная женщина в моей жизни. И сейчас мне страшно от того, как сильно я ее обидел этой жуткой ситуацией с Алисой.

Теперь, когда пелена спала с глаз, я готов положить жизнь на то, чтобы доказать жене, как сильно я ее люблю и что никогда не предам.

— Хотел вас удивить и порадовать. Надеюсь, мне это удалось.

— Папа, я так рада! – висит на мне Нелли. – Я так тебя ждала! Без тебя нам было скучно!

Детям тяжело далась наша разлука. Теперь им, как и Полине, нужно будет время, чтобы они почувствовали, что все в нашей жизни как и прежде. Что папа рядом и он никуда не исчезнет.

Я был слеп, и теперь мне расплачиваться за свою слепоту, возвращая доверие своей семьи.

— И я хотел к вам. Очень сильно хотел, – снова сжимаю в объятиях детей, затягиваясь запахом их нагретых на солнце макушек.

— Бегите в душ! Выйдете и все папе расскажете и покажете, – говорит Полина.

— Пап! Это так круто, что ты прилетел. Будем с тобой заниматься снорклингом! – произносит сын, прежде чем скрыться внутри виллы.

— Обязательно, сын! – бью о его кулак своим.

— Ты… как? – подходит Полина ближе.

А я жадно осматриваю ее, не в силах налюбоваться. Моя красивая, нежная, добрая, самая-самая лучшая. Улыбаюсь, словно пьяный, и не могу отвести от нее взора.

— Все кончено, – говорю тихо, передавая букет. – Белогорский под стражей. Артем дал показания. Алиса уехала из страны.

Жена берет цветы, но не смотрит на них, только на меня.

— Значит, нам больше нечего бояться?

— Нечего, – улыбаюсь. – Я соскучился, Поль.

Сокращаю расстояние между нами.

— Чертовски соскучился.

Ее щеки краснеют, и она прячет взгляд, разглядывая букет.

— Мне тоже тебя не хватало.

— Мы… – делаю шаг вперед, осторожно касаюсь ее руки. – Мы начнем все заново. Если ты дашь мне шанс.