Книга Женское предчувствие, страница 33 – София Брайт

Я смотрю на неё и чувствую тот же самый страх, что сейчас не дает мне нормально думать. А сестра… Она ещё маленькая, ей сложно понять всё, что происходит. Но я вижу, как она старается быть сильной, хотя внутри, наверное, всё дрожит.

— Нель, – говорю я, стараясь звучать уверенно. – Они не разведутся. Папа любит маму.

— Но мама так плакала, – шепчет она, и её голос дрожит. – Она никогда не плачет. Никогда.

Я вздыхаю, чувствуя, что у самого жжет глаза. Я сам не знаю, что будет дальше. Но я не могу показать сестре, что сомневаюсь. Я должен быть для неё опорой.

— Мама просто расстроилась, – говорю я, хотя сам понимаю, что это не просто расстройство. – Но она сильная. И папа тоже сильный. И они любят друг друга.

Мелочь молчит, смотря на меня своими большими глазами. Она хочет верить мне, но я вижу, что сомнения всё ещё остаются.

— А если… – начинает она, но я перебиваю:

— Никаких “если”. Они не разведутся. Ты слышала, как папа говорил? Он любит маму. Он любит нас. И он сделает всё, чтобы всё исправить.

Она кивает, но я вижу, что ей всё ещё страшно. Я поднимаюсь с кресла и подхожу к ней, обнимаю за плечи.

— Слушай, – говорю я тихо. – Давай пообещаем друг другу, что будем держаться вместе. Что бы ни случилось, мы будем друг у друга. И мы поможем маме и папе. Давай составим план, м?

Нелька смотрит на меня, и в её глазах появляется что-то вроде надежды. Она кивает, и я чувствую, как её напряжение немного спадает.

— А какой? – шепчет она.

— Давай после школы объединимся и подумаем, что можно сделать, чтобы они не ругались, – отвечаю я, и в этот момент понимаю, что это не просто слова и что я действительно готов сделать что-то, чтобы они остались вместе.

— Приготовим завтрак? – воодушевляет сестра. – Или ужин?

— Как вариант. Но ужин сложно, давай завтрак.

— Давай! – вскакивает она на ноги.

— Тогда забились? А сейчас пойдём, – говорю я, поднимаясь. – Пора собираться в школу.

Нелька кивает и встаёт со мной. Мы осторожно открываем дверь кабинета.

— Не понял, – слышу голос отца, и сердце падает в пятки. – А вы что тут делаете?

Андрей

— А вы что тут делаете? – смотрю на испуганные глаза детей, замерших в дверях моего кабинета.

Сегодня снова пасмурно и солнце не может пробиться сквозь толщу туч, чтобы осветить мой кабинет. Но даже при таком освещении я вижу испуганные глаза детей.

После тяжелого разговора с Полей я в полном раздрае. И ехать в таком состоянии в офис совсем не хочется. Тем более оставлять жену, когда она, кажется, как и я, не в себе.

Нам надо наладить контакт. И я не хочу поддаваться на уговоры о переезде.

— Мы? – растерянно хлопает глазами дочь.

— Да мы это… – начинает что-то бормотать сын, и я понимаю, что они слышали нашу перепалку.

— Мы завтракать шли… – растерянно отвечает Нелли.

— И не дошли?

— Ну… нет, – отводит она взгляд в сторону.

Перевожу глаза на сына, но и он не решается посмотреть мне в лицо.

Чёрт.

Дети не должны были знать о наших проблемах. И ведь я налажал по всем фронтам. Сначала с женой, а теперь еще и сдетьми.

— Что помешало? – пусть лучше выскажут мне, чем пойдут сейчас к Поле.

Она же тогда совсем загонится. А мне надо показать, что я люблю их маму и, несмотря на то, что они услышали, мы по-прежнему семья.

— Вы! – дерзко бросает мне в лицо Сава.