Книга Дикий и злой Дед Мороз!, страница 36 – Татьяна Михаль

— Мыши сильно боятся запаха ежа, – пояснил он так же серьёзно, как ранее объяснял про опасность золы в трубе.

И, не опуская меня на пол, взял за бёдра.

Я обвила его талию ногами, а шею руками.

Мне страшно понравилось, что он взял меня вот так, будто я невесомая и вынес меня из спальни в гостиную.

— Ммм… вкусно пахнет, – сказал он.

— Омлет, мой фирменный. Зуб даю, ты такой не пробовал, – похвасталась я, играя пальцами в его волосах. – О чём вы так долго с дядь Колей болтали?

— Узнал, что в лесу много волков, поэтому гулять будем только здесь, – ответил он, наконец опуская меня на пол, но, не отпуская из объятий. – В деревне есть хозяйка, продаёт яйца и молочку. И дед один уток и кролей к Новому году забил. Николай обещал к обеду всё это добро собрать, я заеду и заберу. Новый год же сегодня, а продукты у тебя какие-то… странные.

— Они не странные! – засмеялась я, тыча пальцем ему в грудь. – Это из отдела правильного питания!

Он хмыкнул, и этот звук был полон снисходительной нежности.

А я тем временем ловила себя на мысли, что мне дико нравится, как он просто берёт и решает бытовые вопросы.

Не обсуждает, не ноет, не перекладывает, а делает.

Вспомнился бывший муж со своим идиотским смехом над «дикарём» в одной передачке про выживание, как он строил из подручных материалов в лесу укрытие.

Колоссальная разница.

Между инфантильным городским пижоном и… вот этим настоящим мужчиной, который и камин затопит, и от мышей защитит, и пропитание на праздник организует.

— Ты не против, что я вот так? – спросил он вдруг, внимательно глядя на меня.

Имел в виду все эти распоряжения.

— Совсем не против, – прошептала я, поднимаясь на цыпочки, чтобы поцеловать его в уголок губ. – Кстати, я нашла зарядку. Телефон на связи и даже сеть есть и интернет. Если хочешь, можем сообщить твоим… коллегам, что ты жив-здоров. А то они, наверное, на измене сидят

Тень промелькнула в его глазах, но он кивнул.

— Да, нужно сообщить.

Я протянула ему свой телефон, который всё ещё сжимала в ладони и весело сказала:

— Вручаю тебе рацию, мой… «мужинёк».

Он ничего не ответил, но губы его дрогнули.

Он взял телефон, и его большой палец стал набирать номер.

Я отвернулась и занялась накрыванием на стол, краем уха прислушиваясь к его низкому, ровному голосу.

* * *

— ЮЛИЯ —

Завтрак дожидался нас на столе, а разговор по телефону не клеился.

Захар стоял у окна, спиной ко мне, и его широкие плечи были напряжены.

Судя по тону, беседа с «друзьями» напоминала не обмен новогодними пожеланиями, а переговоры на минном поле.

— Мне всё равно, что вы там подумали, – проговорил он так низко и опасно, что у меня мурашки побежали по спине. Голос обещал не разговор, а разборки, будь собеседник рядом. – Я позвонил, чтобы сообщить, что жив-здоров. Переживать не нужно…

Из динамика донёсся сдавленный мужской вопль, но слов разобрать я не могла.

Моё внутреннее возмущение закипало.

«Ага, – подумала я, наливая чай так агрессивно, что он чуть не перелился через край. – Сначала человека предают, потом, выкидывают на мороз, а теперь ещё и претензии ему предъявляют? Вот уж повезло с друзьями!»

— Серый, я всё сказал. Не заставляй меня грубить… – Захар почти прорычал.

Я видела, как сжалась его рука в кулак.

Казалось, ещё секунда и он пошлёт этого Серого туда, откуда не возвращаются.