Книга Шальная звезда Алёшки Розума, страница 198 – Анна Христолюбова

Но Елизавете так было даже проще — молитву перед ужином она про себя, разумеется, прочитала, а вот перекреститься удалось не сразу — лишь когда любопытные девицы покинули свой наблюдательный пункт.

Только как следует наевшись, она поняла, насколько голодной, оказывается, была в последнее время. Чувство сытости ударило в голову не хуже вина, и тут же заклонило в сон. На ночь её устроили в маленькой комнатке, где, судя по всему, жили дочери попа, и Елизавета вновь порадовалась своему мужскому обличью — всю каморку предоставили в полное её распоряжение. И она в первый раз с начала пути смогла, наконец, снять с себя опостылевшую одежду, оставшись в исподнем и рубахе.

Кроватей в горенке не было, девочки спали на стоявших вдоль стен сундуках, но и сундук с набитым сеном тюфяком, подушкой и стёганым одеялом показался ей царским ложем. И единственное, что ещё отделяло Елизавету от ощущения полного счастья, — невозможность попариться в бане, смыть с себя многодневную грязь. Заснула она, едва коснувшись головой подушки.

Разбудил странный звук — будто кто-то скрёбся поблизости, и в первый миг она задохнулась от ужаса: крысы! Сев на своём сундуке, Елизавета завертела головой, стараясь понять, откуда доносится шум, и, повернувшись в сторону окна, увидела меж неплотно задёрнутых занавесей шевельнувшуюся тень — с той стороны кто-то был.

Осторожно, на цыпочках, она приблизилась к оконцу и выдохнула с облегчением — под ним стоял Розум и мерно скрёб по стеклу пальцем. Провозившись пару минут с непослушной щеколдой, Елизавета открыла окно и вся облилась холодным потом, когда оно пронзительно скрипнуло в ночной тишине.

— Поговорить бы, В-ваше В-высочество! — тихо пробормотал Розум. На голове и плечах его лежали пушистые сугробы, и даже в темноте видно было, как сильно он замёрз. — Уф-ф… Д-думал, не добужусь…

— Залезть сможешь? — Елизавета отступила.

Он кивнул и, подтянувшись на руках, перевалился через подоконник и оказался у её ног. Только тут Елизавета сообразила, что стоит перед ним в мужских исподних портах и нательной рубашке, и, метнувшись к своему ложу, быстро закуталась в одеяло. Однако Розум притворился, что не заметил её неподобающего вида.

— Не надобно вам в Париж этот ехать, — проговорил он, опустив глаза. — Нет там Алексей Яковлевича. И не будет.

— Как? — Елизавета опустилась на свой сундук — ноги подкосились.

— Его из Ревеля в дальний гарнизон перевели, под караул, — нехотя продолжил казак.

— Что с ним? Куда его отправили?! Отвечай! — Она закричала, забыв об осторожности, но горло перехватил спазм, и вместо крика из уст исторглось едва слышное сипение. Елизавету трясло.

— Не знаю, Ваше Высочество. — Розум глянул виновато.

Чувствуя, как накатывает неконтролируемая паника, Елизавета заставила себя сделать несколько глубоких вдохов и выдохов, так что закружилась голова и потемнело в глазах, зато истерика отступила, и она заговорила спокойнее:

— Откуда ты вообще знаешь, что случилось? Кто тебе сказал?

— Человек, который донёс на вас Ушакову.

— Кто это?

Розум посмотрел умоляюще.

— Ваше Высочество, это долгий разговор, я потом вам всё расскажу. Не теперь. Сейчас решить надобно, что дальше делать.

Но Елизавета всё не могла поверить в случившееся.

— Почему ты сразу не сказал, что Алёша не смог уехать? Зачем мы придумывали, как перебраться через границу, если мне туда не надо?