Онлайн книга «Блюз поребриков по венам»
|
Судя по глазам Клима, подумал тот о многом. И об охотниках на привидений, и об изгоняющем дьявола. И о том, что зря он в СМАК припёрся. И о том, что в палате с белыми стенами безопаснее, чем с такими психами, как мы. И правильно боится, я уже приготовила для этого ковбоя парочку сюрпризов, один другого паранормальней! С трудом сдержала ехидную улыбку, ох, и напляшется он у меня! Но пока я само терпение и обходительность: — Эти сущности просто живут рядом с людьми, не делают ничего плохого. Но иногда им необходимо помочь. Если дух разозлится или будет недоволен, это непременно отразится на жизни Города. Духи разговаривают только с избранными, видящими, то есть с нами. Твоей задачей будет узнать, чего хочет потустороннее существо, и дать ему это. Мужчина налил себе вторую чашку чая, чуть прикрыл веки, потягивая успокаивающий напиток, и уточнил: — А если этот… это… существо захочет меня сожрать? «Великая радость падёт на град Петров», – подумалось мне, но вслух сказала: — Такое – большая редкость! Город в большинстве своём создаёт добрых духов, помогающих людям, а не вредящих. К примеру, те же русалки следят за чистотой водоёмов и численностью рыб. — Русалки – это которые зелёные? — Зелёные – это Гринпис, а Русалки – это девушки такие хвостатые. Те самые, которых ты не заметил в нашу первую встречу. — А ты, значит, показать пыталась. — Да! Только ты отказывался видеть! — И они убили троих человек, – Клим наклонил голову на левый бок, в уголках его глаз появились морщинки, но он не смеялся, а внимательно проследил за моим рассказом. А я сказала правду: — Да, потому что им не понравился мусор и отходы в заливе. — И ты их оправдываешь? – Котёночкин презрительно сжал губы, привстал и оперся руками на стол, нависнув надо мной. О, да! Это было не веселье, а издёвка. Очень захотелось спихнуть его на аудиенцию к Дизверко, чтобы начальник сам разбирался с наглостью мента. Ещё больше захотелось дать Климу по морде, потому что он так и не извинился ни за «сумасшедшую», ни за «дуру». Но я сдержалась: — По идее СМАК должен был предусмотреть подобную ситуацию, но нас слишком мало, сам понимаешь, мы не можем успеть повсюду… — И вы наказали этих русалок? Изгнали, посадили? Что там полагается за убийство? Может, зажарили на вертеле? — Нет! Нельзя есть русалок! – я в ужасе ахнула. Бедные поющие красавицы! Они лечат морских духов, помогают прибрежным! Редкие и прекрасные существа! – И изгонять духов из Города опасно! Это нарушит экосистему Санкт-Петербурга. Город разозлится и может сойти с ума! Это же его творения. Почти дети! — Дети не топят людей, – сухо отрезал Клим. – И как часто эти ваши духи убивают людей, а вы их покрываете, выдавая преступления за самоубийство? — Это не преступления! Тут виноваты сами люди… В какой момент мой рассказ о СМАКе превратился в допрос?! Почему мне приходится оправдываться перед Климом, и откуда это чувство раскаяния и угрызения совести?! Серые глаза мужчины будто вытягивали правду, рылись в моих внутренностях и заставляли говорить совсем не то, что я хотела сказать. Клим прищурился и спросил ещё настороженнее: — А ваш начальник… Дизверко, откуда он и сколько лет уже в этой должности? — Не знаю, около трёхсот. Клим резко осел на стул, хлебнул чая, но подавился. Даже ромашка не смогла сгладить его удивление. И я пояснила: |