Онлайн книга «Грёзы третьей планеты»
|
По-хорошему, все мы не должны подвергаться чувствам и эмоциям. За месяцы полётов я неплохо разобрался в этом щекотливом вопросе. Планеты полнились бездушными машинами и механизмами, занятыми холодными расчётами и бездумной работой, но космос принадлежал металлическим оболочкам, способным не только на логические измышления. Эмпатия кораблей была качеством случайным, и люди годами искали причину, считая бортовые интеллекты с эмоциями дефектами, да так и не смогли найти тонкую грань, за которой совокупность корабельных систем обретала самосознание. Хотя для моего экипажа это стало благом, позволяя не обращать внимания на старческое слабоумие и бесконтрольное пьянство. Мы провели ещё некоторое время соединёнными, хотя разгрузка давно прошла. Я не хотел отпускать Елизавету, а она не желала уходить. Её ожидала битва, новые шрамы и утраты, меня – долгая разлука. Хотя последнего вроде бы и нечего бояться, но всё же я ощущал пустоту внутри, существующую каждый миг вдали от Елизаветы. Расставшись, каждый последовал своим путём. «Несокрушимая» – избавляться от смертоносного груза, а я – за новыми способами убивать людей. * * * Посреди бетонного поля колосились грузовые корабли, спешно модифицируемые ордами людей и роботов. Дополнительные баки с топливом и контейнеры с вооружением. Вновь никакой провизии. По чертыханиям капитана было понятно, что дело серьёзное. Старпом вовсе исчез на сутки, свалив на меня свои обязанности. Вернулся весь заплаканный и заперся в своём тайнике. Ради разнообразия пить старпом не стал, но зачем-то прикрепил к фотографии женщины чёрную ленту. Я людям помогал по мере возможностей, но с каждой минутой тревога моя возрастала. — Тише, кораблик, тише, – странно было слышать такое обращение от капитана спустя месяцы совместных полётов. – Отвези меня в последний раз, хорошо, малыш? В этот день я познал стыд. Привыкнув считать капитана бесполезным, даже не пытался понять, в сколь страшном мире он живёт. Когда предаёт собственное тело и память, но ты способен это осознать, запертый в дряхлой клетке. И перестаёшь доверять самому себе. Для меня подобное испытание немыслимо, капитан же упорно цеплялся за любую возможность вновь оказаться среди звёзд. Но он понимал, что время прошло. Единственной надеждой и опорой для капитана стал увалень-грузовик, которому нельзя скатываться в депрессию из-за разлуки с каким-то линкором. Нет-нет, я буду сильным. * * * То ли к счастью, то ли к горю, моим назначением вновь стала «Несокрушимая». Странным было место встречи, до которого пришлось добираться в два раза дольше обычного. Пришлось просчитывать непривычные для себя манёвры, отягощённые к тому же изменившейся конфигурацией моего корпуса. И беспокоиться из-за топлива – на обратную дорогу его могло и не хватить. Старпом не выходил из каюты, перемежая выпивку рыданиями да проклятиями в пустоту. Капитан каждый день терял частичку себя, порой мучительно вспоминая даже собственное имя. А я шёл вперёд, стараясь думать о предстоящем воссоединении, а не происходящем в моём нутре. Иначе трудно было сосредоточиться на задании. Выйдя к заданным координатам, «Несокрушимую» я не застал. Зато повстречал ещё с полсотни грузовиков, томящихся в ожидании. День-другой, и я засек её приближение, да не одной. К нам приближалась целая флотилия, ведомая величественными линкорами. Корветы, палубники, окружённые роем истребителей, крейсера и фрегаты – число только крупных кораблей перевалило за сотню. |