Книга Подсунутая жена. Попаданка воспитает..., страница 65 – Анна Кривенко

* * *

Всё шло как-то странно. После разговора с Варей я чувствовала, что у этой истории с Матвеем есть хвост, и довольно длинный. Так просто такие идеи в голову не приходят. И, что бы там ни болтали служанки — запах гнили тянулся не от чего-то абстрактного, а прямо из недр дома. Возможно, даже с самого верха.

Я решила действовать. В голове сложился вполне чёткий план: найти Мефодия и хорошенько с ним потолковать. Осторожно. Аккуратно. Может, и не скажет ничего прямо, но я вытяну. Уж я умею.

В доме царила какая-то гнетущая тишина. Дети были на занятиях, Илья, скорее всего, в кабинете с бумагами. А я вышла в коридор, обутая в мягкие туфельки, почти беззвучные — будто нарочно для шпионажа созданные. И вот, как раз на повороте к галерее, где обычно ошивался Мефодий, я его и заметила — сгорбленная фигура в длинной, выцветшей жилетке и с тростью, на которую он тяжело опирался.

Замедлила шаг, собираясь как бы случайно столкнуться с ним и заговорить о погоде, а потом уж и об одиночестве Матвея, о вредных книжках, о детских травмах, о хлебе с маслом и всём прочем, что поможет разговору закрутиться.

Но именно в этот момент в противоположном конце коридора из боковой двери выплыла Федора.

Нет, ну и походка у неё. Словно боевой фрегат.

Я метнулась за ближайший угол — и затаилась. Угол вел в какую-то старую кладовку, дверь была приоткрыта — слава Богу — и я юркнула туда, молясь, чтобы скрип не выдал меня. Сердце колотилось где-то в горле.

— Ты же за Матвеем следишь? — донёсся голос Федоры. Тихий, почти шипящий, но в абсолютной тишине дома слышный отчётливо.

— Слежу, госпожа… — проблеял старик, и в его голосе послышалось что-то жалкое. Такое чувство, будто он не хотел говорить. Но не мог не ответить.

— Следи, следи! — бросила она уже громче, а я даже вздрогнула. — И подкинешь ему вторую… как-то вечерком. Понял?

Что вторую?! О чём она вообще?

— П-понял… — пролепетал Мефодий, и по его тону было ясно, что он просто не решается перечить…

Федора направилась дальше по коридору, её шаги удалялись, и только тогда я позволила себе сделать вдох. Осторожно выглянула из кладовки: чисто. Старик поплёлся обратно, как мрачная тень, а тётушка скрылась в другой части дома.

Я выскользнула из своего укрытия и прислонилась к стене. Голова гудела.

Вторая? Вторая что?

Чёрт побери, всё выглядело так, будто эта жуткая бабка и впрямь замешана в происходящем. Может, она и подбросила ту первую книжку, а теперь хочет усугубить? Провернуть с Матвеем что-то ещё — грязнее, хуже, опаснее?

«Дашь ему вторую» — крутились эти слова в моей голове, как заколдованная пластинка.

Боже, я, конечно, подозревала, что у тётушки Федоры в шкафу скелеты. Но что она вот так… скармливает юношам пошлую, испорченную мерзость, чтобы вырастить из них либо похотливых павлинов, либо удобную фигуру для очередного шантажа — вот этого я не ожидала.

Может, она и Илью пыталась испортить в своё время? Но тот оказался слишком крепким орешком?

Может, и старший брат её когда-то стал мишенью? Кто знает...

Я судорожно сглотнула. Если всё так, как я начинаю подозревать — то эта седая аристократическая ведьма устроила здесь настоящий социальный эксперимент на живых людях. И Матвей — её новая подопытная мышь.

Я резко развернулась и пошла по коридору в сторону своей комнаты, на ходу расправляя юбки. Мысли кипели, кровь бурлила. Нужно выждать. Нужно действовать осторожно. Подтверждений пока мало, но я их найду.