Книга Злодейка поневоле. Хозяйка заброшенной крепости, страница 129 – Адриана Вайс

— А вот это, как раз не проблема, — победно ухмыляюсь я.

Я уже поняла, что в нижнем городе — за воротами, там, где меня взяли в кольцо всякие оборванцы, когда я впервые тут оказалась — огромные проблемы с едой. И я решила хоть что-то с этим сделать.

Для начала, организовать пункт раздачи пищи. Но не просто так. Чтобы получить талон, нужно отработать несколько часов на общественных работах: расчистке завалов, ремонте мостовых, помощи в тех же огородах.

Социальный лифт и борьба с тунеядством в одном флаконе.

Роланд, узнав об этом, хмыкает:

— Жестко, но, возможно, именно это им и нужно.

Жизнь в крепости, тем временем, потихоньку меняется к лучшему.

Смешанные патрули, хоть и так же ненавидят друг друга, но уже не дерутся на потеху толпе. Первая экспериментальная «навозная» грядка под бычьими пузырями выдала первые зеленые ростки, что вызвало среди народа ажиотаж, сравнимый с магическим шоу.

Я даже пытаюсь наладить что-то вроде начального образования для детей слуг и гвардейцев. Хотя бы чтение, письмо и базовый счет.

Нахожу двух полуграмотных отставных солдат, которые соглашаются учить за двойной паек.

Первый урок превращается в хаос, но детский смех, разносящийся по каменным коридорам, — звук, которого здесь давно не слышали.

И, все это, конечно, замечательно. Только вот…

Самое главное так и не работает.

Каждый вечер на протяжении почти трех недель Рэйк приходит ко мне с одним и тем же опустошенным взглядом и качает головой.

— Ничего, — шепчет он. — Их запах есть... но он будто бы очень старый. Мне не удается ухватить его. Я… стараюсь, но не могу никого найти… они будто исчезли из крепости…

Я глажу его по спутанным волосам, и сердце разрывается от жалости и бессилия. Его неудачи и подавленное настроение съедают меня изнутри больше, чем любые недовольные моим главенством рожи гвардейцев.

Мальчик начинает винить себя.

Я вижу, как он трудится, обходя каждый закоулок, но результат нулевой.

Это значит лишь одно: либо враг осведомлен о наших действиях, либо он затаился, чтобы выждать удобного случая и нанести удар.

А между тем, времени остается все меньше и меньше.

От описанного в книге ритуала нас отделяют считанные дни.

Именно в этот момент, когда чувство безысходности начинает давить сильнее всего, раздается стук в дверь.

На пороге запыхавшийся гвардеец.

— Леди Хелена! — выдыхает он. — Граф! Граф Версен пришел в себя! Лекарь говорит он в сознании, но пока слаб! И… он просит вас.

Все внутри у меня замирает.

Облегчение — острое, сладкое и безумно сильное — смывает часть усталости. Версен жив и это без всякого преувеличения хорошая новость.

Но потом, следом, накатывает волна тревоги.

Что будет теперь?

Моя временная власть, хрупкий альянс с Кромом, все мои реестры, улучшения и теплицы… все это работало только при одном условии: пока граф оставался без сознания.

И теперь это условие исчезло.

ЗАконный правитель очнулся и был вправе потребовать свою власть обратно.

— Спасибо, — говорю я гвардейцу, и голос мой звучит неожиданно ровно. — Я сейчас же приду.

Я привожу себя в порядок и поднимаюсь на этаж выше — туда, где под особой охраной держат Версена. Новость о пробуждении графа разнеслась быстрее лесного пожара — Кром и Роланда уже стоят возле его дверей и явно ждут меня.