Книга Злодейка поневоле. Хозяйка заброшенной крепости, страница 10 – Адриана Вайс

Я расправляю плечи, делаю глубокий вдох и решительно шагаю в сторону крепостных стен.

Но далеко уйти мне не удается.

Мне наперерез выходит один из тех самых бородатых типов с сальными волосами. Он с ног до головы окидывает меня жадным бесстыдным взглядом, от которого хочется немедленно принять душ с хлоркой.

— И куда это такая куколка намылилась? — его голос, пропитый и хриплый, омерзителен на слух.

Я замираю, холодея.

Сердце колотится где-то в горле, но я заставляю себя стоять прямо и смотреть ему в глаза с ледяным спокойствием. Главное — не показывать страх. Они чуют его, как акулы кровь.

— К графу Версену, — отвечаю я ровно, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Мужчина громко презрительно хохочет и вся толпа за его спиной подхватывает этот смех.

— К графу? — он делает шаг ко мне, и я чувствую исходящий от него запах опасности, чеснока и перегара. — Слыхали, ребята? Пташка высокого полета! Только вот порядки тут, милочка, другие. Аристократов вроде тебя мы тут не жалуем. Именно из-за вас мы здесь и оказались! Из-за вас мы больше никогда не вернемся обратно!

Он делает еще шаг, сокращая дистанцию до минимума. Его ухмылка становится злее, похотливее.

— Но… если ты окажешься сговорчивой девочкой… если сумеешь нас как следует развлечь… тогда мы, может, и позволим тебе дойти до твоего графа. Целой и невредимой. Ну так что, куколка? Начнем развлекаться? Прямо здесь…

Риардан

Ее слова бьют наотмашь.

«Трусливая попытка… на что у вас самого не хватило духу!»

На мгновение я замираю, ошеломленный.

Не от самого упрека — я слышал и похуже от врагов на поле боя. А от того, кто его произносит.

Эта женщина. Хелена. Отравительница, чьи руки по локоть в крови собственного брата, чья душа чернее самой безлунной ночи.

Она, только что вытащенная из пламени костра, смеет говорить мне о духе? О чести? Когда она сама подделала метку истинности, только ради того, чтобы подняться повыше, чтобы заполучить в свои руки еще больше власти, еще больше богатства?

Внутри меня что-то обрывается.

Холодная, яростная волна поднимается из самых глубин моего существа, грозя сжечь дотла и эту карету, и ее, и все вокруг.

Перед глазами на миг встает лицо Юфимии — бледное, безжизненное, с синевой у губ.

В ушах звучат слова лекаря: «Еще бы час, ваша светлость, и мы бы не смогли ничего сделать».

Еще час.

И я бы потерял ее. Мою настоящуюистинную. Ту, связь с которой я почувствовал сразу — стоило только мельком увидеть ее.

И, теперь, едва встретив ее, едва узнав о том, что Хелена все это время обманывала меня, я мог потерять Юфимию навсегда.

Я рисковал потерять ее чарующий смех, ее нежные прикосновения, свет ее глаз.

Все, что вдохнуло в мою жизнь смысл, после того как раскрылась правда о Хелене, превратилось бы в пепел из-за амбиций этой… твари.

И после этого она смеет обвинять меня в трусости?

Ярость клокочет в венах, превращаясь в раскаленную лаву.

Моя драконья сущность рвалась наружу, желая одного — испепелить, уничтожить, стереть с лица земли эту змею, посмевшую поднять руку на Юфимию. Да если бы я в тот момент дал волю чувствам, от нее не осталось бы даже горстки пепла!

Но я сдержался.

Я снял ее с костра.

Я отменил казнь.

Я заменил ее ссылкой, даровав ей то, чего она не заслуживает — жизнь.