Книга Лисья невеста, страница 12 – Нинель Мягкова

Нервно фыркнула.

И принялась распускать прическу.

Ронни за чистотой, похоже, следила. Пряди разбирались без особых проблем, кончики почти не секлись и пахли чем-то терпким и сладковатым. Вроде бы даже рисом? Я его вчера как раз нанюхалась. Занятно. Больше не буду всю-всю воду сливать, часть оставлю себе для косметических нужд! Кажется, еще и пудру из него делают. Надо бы уточнить у других служанок.

Руки действовали на автопилоте. Сама бы я подобную башню не соорудила ни за что — всегда или носила хвост, или ходила с распущенными волосами, и то обрезала до плеч. Да и гривой густой похвастаться не могла. Тут же настоящее богатство, черное золото практически!

Бублики у меня получились кривоватые, но держались крепко. Переделывать времени не было — остальные уже потянулись неровной цепочкой в сторону кухни.

Завтрак пришлось делать самим. Просто пока готовились более сложные блюда для учеников и преподавателей, нам позволялось перекусить остатками, огрызками и очистками. Тем же, кто заспался и пришел позже, и очисток не досталось. Зато госпожа Гао строго на них посмотрела и пообещала позаботиться.

Прозвучало зловеще. Пожалуй, лучше не опаздывать.

Мне сегодня выпало нарезать овощи. Какие-то соломкой, какие-то кубиками. Дело в принципе привычное, знакомое, но когда им занимаешься от рассвета и до обеда — не слишком увлекательное.

Работа на кухне не заканчивалась весь день. Прошел завтрак — пора чистить и мыть посуду, как только домоешь — уже и обед скоро. Нас отпускали по нужде, да позволяли иногда перекусить свежими объедками.

На этом малые радости все.

Только после ужина, когда солнце скатилось к самому горизонту, мне удалось разогнуться и выйти во двор. Не ради мытья круп и овощей, а просто вдохнуть чистый горный воздух и, прикрыв глаза, подставить лицо солнцу.

Яснее ясного, что долго в таком режиме я не протяну. Выживу, конечно, человек и не к таким условиям привыкает. Но что от меня останется?

Цветет и пахнет в этих условиях только госпожа Гао. Но она излишне и не утруждается. Больше командует, чем собственно делает. Тесто замесить, разложить готовые блюда красиво, украсить-сервировать. Не перенапрягается человек.

Помощницы ее тоже неплохо устроились. Остальные вкалывают как проклятые.

Да еще и гигиена оставляет желать лучшего! Куры, бродящие неподалеку, лишь часть общей неприглядной картины. Униформа, допустим, чистая. А исподнее? А руки, простите? Их только я поутру помыла. Когда спросила, где бы умыться, на меня посмотрели странно.

— Есть купальни. Но туда мы ходим раз в неделю. В женский день, — снизошла до ответа Юйлинь.

Та самая недовольная всем и вся, что разбудила меня с утра. Она соколом приглядывала за нами, новенькими, то и дело одергивая и поправляя.

Даже там, где не требовалось. Просто из вредности и самоутверждения для.

— А в другие дни как же? — удивилась я.

Девица неодобрительно поджала губы.

— Тазы есть в подсобке, — сообщила она с таким видом, будто я ей развратом предложила заняться. Прямо здесь и прямо сейчас. — Можешь пользоваться, если делать нечего!

— Если мы будем готовить грязными руками, ученики будут болеть! — попыталась воззвать к здравому смыслу.

Юйлинь расхохоталась.

— Они же одаренные! Что им будет?

— А нам? Мы-то не одаренные! — возразила я.