Книга Я мечтала о пенсии, но Генерал жаждет спарринга, страница 52 – Е. Лань

Тишина стала почти религиозной. Стражники, которым я запретила орать по утрам, теперь тренировались в искусстве «Безмолвного Убийства», на самом деле они просто спали в тени под видом медитации, но я делала вид, что не замечаю.

Я лежала в гамаке, который приказала натянуть между двумя цветущими сливами, и кормила черепах в пруду кусочками персика.

— Ешь, Бо-Бо, — ласково говорила я самой крупной черепахе. — Тебе не нужно никуда спешить, ты — мой тотемный зверь.

— Госпожа! — идиллию нарушил голос Управляющего Пака. Он бежал ко мне, и, судя по скорости, случилось что-то страшное, так как управляющий, по всей видимости, забыл про правило «не бегать».

Я приоткрыла один глаз.

— Управляющий, если за вами не гонится тигр, я буду очень расстроена вашим топотом.

— Хуже, Госпожа! То есть, лучше! Новость! Великая новость!

Он упал на колени, размахивая свитком с императорской печатью.

— Победа! Полная, сокрушительная победа в ущелье «Слезы Дракона»! Варвары разбиты! Их вождь пленен! Война окончена!

Я выронила кусок персика, Бо-Бо обиженно булькнула.

— Окончена? — переспросила я слабым голосом. — Уже? Но... прошло всего две недели! Они что, просто сдались от скуки?

— Нет! Это было чудо тактики! — восторженно вещал Пак. — Гонец говорит, что наши войска заманили врага в ущелье, а потом обрушили на них град стрел и камней с вершин, где никто не ожидал засады! А кавалерия ударила из леса! Это был разгром! Генерала Чон Хасо уже называют «Богом Войны»!

У меня дернулся глаз.

Моя стратегия, моя проклятая «эстетическая» стратегия с козочками и брусникой… Она сработала слишком хорошо.

— И... — я сглотнула. — Где сейчас Генерал?

— Он возвращается! Он скакал день и ночь, меняя лошадей! Он будет здесь с минуты на минуту!

С минуты на минуту.

Мой отдых закончился, не успев начаться. Моя власть, мой покой, мои тихие завтраки... Все рухнуло.

В этот момент земля дрогнула и послышался гул, который я ни с чем не спутаю. Топот боевого коня.

Ворота распахнулись с грохотом, смазать петли мы так и не успели, лень было.

Во двор влетел всадник на черном жеребце, покрытом пеной. Доспехи всадника были покрыты пылью и засохшей грязью, плащ изорван, но глаза...

Глаза Чон Хасо сияли так, что могли бы осветить столицу ночью.

Мужчина осадил коня прямо перед моим гамаком. Животное встало на дыбы, разбрасывая песок. Я даже не пошевелилась, только лениво прикрыла лицо веером от пыли.

— Жена! — прогремел его голос. — Я вернулся!

Я медленно опустила веер.

— Я вижу, Генерал, вы шумный и грязный. Вы напугали Бо-Бо.

Хасо спрыгнул с коня и шагнул ко мне, подхватил меня прямо из гамака и закружил.

— Отпустите! — взвизгнула я. — Я упаду! У меня морская болезнь!

— Мы победили, Сора! — он смеялся, и этот смех был пьянящим. — Твои «козочки»! Они прошли! Мы уничтожили их за один день! Один день, Сора! Такого не было в истории Империи!

Он поставил меня на землю, но не отпустил мои плечи. Мужчина смотрел на меня с пугающей интенсивностью.

— Ты знала. Ты все знала.

— Я просто люблю красивые узоры, — упрямо повторила я свою легенду, пытаясь высвободиться. — Мне нужно переодеться, я не готова к приему героев. Я в домашнем.

— Ты прекрасна, — сказал он, не глядя на мой помятый наряд. — Прикажи готовить баню и ужин. У нас будет долгий разговор.