Книга Я мечтала о пенсии, но Генерал жаждет спарринга, страница 112 – Е. Лань

— Ты — Пэк Му-Ран? — спросил я прямо.

Она вздрогнула, в её глазах мелькнул страх.

— Откуда ты...

— Твой стиль. «Северный Ветер». Он умер вместе с ней. Никто не мог ему научить. Значит, ты — это она.

Она молчала долго, сани скрипели полозьями по снегу.

— Я умерла… — наконец сказала она, глядя в сторону. — Я умерла в грязи, преданная и одинокая. И поклялась, что в следующей жизни буду камнем. Но боги посмеялись надо мной и засунули меня в тело этой... фарфоровой куклы.

Она повернулась ко мне, в её глазах стояли слезы.

— Я не хотела этого, Хасо. Я хотела просто спать. Я ненавижу войну, ненавижу запах крови. Я старая, уставшая женщина, запертая в молодом теле. Тебе не противно?

Я обнял её. Крепко, до хруста костей.

— Противно? Сора, ты с ума сошла. Я всю жизнь восхищался Пэк Му-Ран. Ты — мой герой.

Я почувствовал, как она расслабилась в моих объятиях.

— Герой... — фыркнула она в мое плечо. — Герои умирают молодыми, а я планирую жить долго и вредно.

— Я помогу тебе в этом.

— И еще, Хасо... Насчет Императора.

— Что с ним?

— Он не должен знать. Никто не должен знать. Если они узнают, что во мне живет дух генерала... они не дадут мне покоя. Они заставят меня учить солдат, писать трактаты, воевать.

— Я понимаю.

— Ты должен подтвердить версию с истерикой. Скажи, что я визжала и махала руками, а Хан умер от смеха. Что угодно.

— Я уже пустил слух, что это было божественное вмешательство. Что духи предков вселились в тебя на минуту, чтобы защитить честь рода, а ты ничего не помнишь.

— Идеально. Духи — это удобно, с духов спроса нет.

Мы ехали дальше.

Я чувствовал, как между нами рушится последняя стена.

Больше не было тайн.

Я любил женщину, которая была старше меня, мудрее меня на сто битв и ленивее меня на вечность.

И это было самое прекрасное чувство на свете.

*************************************

Вечер на заставе.

Мы остановились в маленькой крепости на границе провинции.

Начальник заставы, толстый капитан, чуть не упал в обморок, увидев «восставшего из мертвых» Генерала и его жену.

Нас разместили в лучшей комнате. Горячая вода, чистые простыни, жареная курица.

Рай.

Сора, помытая и переодетая в чистое (мужскую рубаху, так как платьев не было), сидела на кровати и с аппетитом грызла куриную ножку.

— Мясо... — стонала она от удовольствия. — Настоящее мясо. Не вяленая подошва. Хасо, я люблю тебя, но курицу я люблю сейчас больше.

Я сидел рядом, наблюдая за ней.

Она была бледной, худой, с синяками под глазами. Её короткие волосы торчали вихрами.

Она была самой красивой женщиной, которую я когда-либо видел.

— Ешь, — сказал я. — Тебе нужно восстановить силы.

Вдруг в дверь постучали.

Вошел Тэ-О.

— Генерал. Новости из столицы.

Его лицо было мрачным.

— Что там? Мин объявил меня мятежником?

— Хуже. Советник Мин... он объявил траур по вам. И... он начал процесс «усыновления» имущества клана Чон. Завтра он планирует официально войти в ваше поместье и вскрыть сокровищницу.

Я сжал кулак.

Мин. Старый стервятник. Он думает, что мы погибли в горах.

— А еще... — Тэ-О замялся. — Принц Ли Хён.

— Что с Принцем?

— Он арестован.

— Что?!

— Советник Мин обвинил его в сговоре с варварами. Якобы провал на Севере — это вина Принца, который передал планы врагу. Мин использует это, чтобы сместить племянника и посадить на трон своего марионеточного кандидата — младшего принца, которому всего пять лет.