Онлайн книга «Левитанты»
|
Они были соседями. Они были почти что друзьями. С появлением на Робеспьеровской братьев Кроунроул все изменилось. Когда те ступили на порог алого дома, шедшие в тот момент по улице Август и Мира познакомились с ними. Черноволосые, чопорные, не в меру воспитанные. В обычной своей жизни Август таких избегал, по крайней мере очень старался. Но с того дня с братьями он то и дело сталкивался. То в «Вилья-Марципана» их встретит, то в общей парадной, то в гончарной мастера Эшелотта, где Филипп искал вазоны для питьевого фонтана, а Мира заказывала цветочные горшки. Август, по природе своей, человеколюбив, он легко находил общий язык с каждым. Его, этот самый язык, он нашел и с братьями Кроунроул, когда узнал, что они оба следили за лыжными соревнованиями эфемеров, что ежегодно проходили на склонах средних Дюр. А стоило младшему из братьев, Филиппу, внести за Августа залог и вытащить его из полиции, сердце левитанта совсем растаяло, и он пригласил кузенов на первый светский четверг. Пригласил он и Миру, которой необходимо было развеяться – с открытия ее мастерской заказы посыпались градом. Первый светский четверг проходил в квартире Августа, на полу, с лепешками из булочной на углу и с чаем в термосе – даже посуда у левитанта имелась исключительно походная. За дни их знакомства Август уже успел привыкнуть к устойчивости двух братьев к любому виду смеха (хотя шутил он при них очень даже неплохо). И к их светским манерам привык, из-за которых вечера и получили свое название. Сидеть на полу и поедать остывшие лепешки было для братьев в новинку, и Август умилялся всякий раз, когда кто-то из них запрашивал у него салфетки (которые в последний раз в этой квартире водились еще при старых хозяевах). Филипп, младший из Кроунроулов, уже тогда нравился Августу куда больше его тихого брата. А когда Филипп поделился своими планами по созданию иллюзорной библиотеки, Август так оживился, что даже захотел побыть чуток гостеприимным и разогреть гостям их затвердевшие лепешки. Старший из Кроунроулов, Нильс, был больше молчаливым и как будто все время задумчивым. О себе он почти не рассказывал, только кивал, когда Филипп упоминал об их жизни в «Гранатовом шипе». Когда Мира принималась в воодушевлении рассказывать о своих цветочных занятиях, Нильс обращал к ней надменное лицо и молчаливо слушал. Тогда Август первый раз заприметил, какими разными были эти двое: суетливая и без умолку говорящая Мира и закрытый, сидящей в стороне Нильс. За первым светским четвергом пошел второй, а за ним – целая дюжина. Соседи сблизились и приноровились проводить встречи у каждого по очереди. В квартире у Миры нравились Августу больше всего – там всегда вкусно пахло цветами и свежеиспеченной выпечкой. Каждую неделю четверо соседей встречались, слушали торопливые речи Миры, смеялись над шутками Августа, просвещались под цитаты Филиппа… И все бы ничего, но спустя полгода Август стал замечать в Мире неприятные для него изменения. Она перестала звать его для помощи в мастерской, перестала звать его на совместное испитие кофе. Она перестала его замечать. Август пытался себе внушить, что поведение Миры ему безразлично, даже завел себе привычку подмигивать каждой мимо проходящей девушке. Но однажды, летом, он увидел на пороге ее квартиры Нильса – эфемер вытаскивал из квартиры ее старый шифоньер. И в тот день Август ощутил, как внутри него что-то сломалось. |