Книга Ненужная вторая жена Изумрудного дракона, страница 101 – Ангелина Сантос

Он сжал челюсть.

— Я не закрою дверь.

— Верю с трудом.

— Тогда проверьте.

Это прозвучало неожиданно.

Без злости.

Почти устало.

И от этого стало хуже. Потому что с Рейнаром было проще спорить, когда он был ледяным драконом. С живым мужчиной, который только что поцеловал меня под дождём и теперь пытался не показать, как боится, спорить было куда тяжелее.

Метка снова вспыхнула.

Я поморщилась.

Рейнар тут же заметил.

— Больно?

— Нет. Странно.

— Как именно?

— Будто дом держит меня за пульс.

Лицо его изменилось.

Совсем немного, но я уже начинала читать эти едва заметные движения. Страх. Вина. Решение, которое он ещё не принял, но уже ненавидел.

— Тогда точно внутрь, — сказал он.

На этот раз я пошла.

Не потому, что подчинилась.

Потому что ноги действительно дрожали, а ещё потому, что Марта стояла на галерее с таким лицом, будто готова вынести нас обоих на кухню за шкирку и посадить сушиться у печи.

Внутри стало тепло так резко, что меня замутило. Сивка бросилась ко мне с полотенцем, Пинна возникла откуда-то с сухой шалью, Орин приказал страже разойтись и делать вид, что никто ничего не видел, хотя, судя по глазам ближайших слуг, завтра весь замок будет знать не только о метке, но и о поцелуе в таких подробностях, что мне самой станет любопытно.

Марта схватила меня за подбородок и повернула лицо к свету.

— Губы синие.

— Это от дождя.

— Это от глупости. Дождь просто помог.

— Вы очень заботливы.

— Я очень злая. Заботливость у меня случайно получается.

Она укутала меня шалью, сунула в руки кружку горячего отвара и грозно посмотрела на Рейнара:

— А вы, милорд, если ещё раз решите выяснять чувства под ледяным дождём, я вам отвар буду не давать, а вливать.

Орин кашлянул.

Сивка покраснела так ярко, что даже зелёные лампы рядом с ней казались бледными.

Рейнар, к его чести, не стал отрицать “чувства”.

Только сказал:

— Я должен поговорить с леди Асмерой.

— Сначала переодеться, — отрезала Марта. — С обоими поговорю, если тут начнётся воспаление.

— Марта.

— Не рычите на меня. Я вас маленьким видела.

— Это становится главным оружием в этом доме, — пробормотал Орин.

— И очень действенным, — сказала я.

Рейнар бросил на меня взгляд.

Опасно мягкий.

Вот с этим тоже надо было что-то делать. Потому что после поцелуя каждый его взгляд норовил стать продолжением прикосновения, а я была слишком усталая, чтобы притворяться, будто ничего не чувствую.

Слишком живая, как назло.

Леди Асмера ждала нас не в гостиной, не в библиотеке и не в родовом зале, а в маленькой комнате у старого очага, где стены были обиты потемневшим деревом, а у окна стояло кресло с высокой спинкой. Я никогда раньше там не была. Комната пахла сухими травами, пеплом, старым шерстяным пледом и чем-то горьковатым, похожим на зелёные орехи.

Асмера сидела у огня.

Слепые глаза обращены к пламени.

— Подойди, девочка, — сказала она, когда я вошла.

Сразу.

Будто видела лучше всех нас.

Рейнар шёл рядом, но остановился у двери. После переодевания он снова стал собранным: сухие волосы, тёмный камзол, лицо северного лорда. Только губы выдавали. Слишком крепко сжаты. И глаза.

Глаза всё время возвращались к моему запястью.

Метка уже не светилась так ярко. Она стала тонкой зелёной линией под кожей, похожей на узор из листьев и драконьей чешуи. Если не знать, можно принять за украшение. Красивое, странное, живое.