Книга Попаданка с секретом. Заноза для его сиятельства, страница 30 – Алиса Шалье

​Я вскинула руки, намертво вцепилась в отвороты его расстегнутой льняной рубашки, притянула потрясенного ледяного лорда к себе и, игнорируя полтора десятка вытаращенных глаз благородных лордов, страстно и бескомпромиссно впилась в его губы своими.

​Это не был робкий поцелуй. Это была экстренная передача активов в условиях глубокого кризиса. Я с силой выдохнула весь свой пульсирующий жар, всю зеленую, дикую магию Жизни прямо в его легкие.

​Норман вздрогнул всем телом, словно в него ударила молния. Его сильные руки, секунду назад сдерживавшие бурю, рефлекторно сомкнулись на моей талии, вжимая меня в себя с такой силой, что хрустнули ребра. Холод и Жар столкнулись, смешались, вспыхнули...

​И сад взорвался.

Взрыв не был разрушительным. Это была чистая, концентрированная ударная волна созидания, рожденная от слияния абсолютного нуля и пульсирующей зелени.

​В тот момент, когда мой жар столкнулся с его льдом, нас окутало ослепительное, переливающееся сияние. Черная смерть, ползущая по трубам, мгновенно остановилась. По замерзшим черным кристаллам побежала сеть трещин, и с хрустальным звоном они осыпались безобидной водяной пылью.

​Но магия на этом не остановилась. Заряженная нашим поцелуем, энергия хлынула в почву с такой силой, что Зимний сад буквально взорвался буйством красок. Прямо из мраморных плит проросли тонкие серебристые лозы, на которых в одно мгновение распустились сотни огромных белоснежных орхидей. Воздух наполнился запахом озона, влажной земли и дурманящей сладости.

​Мы стояли в эпицентре этого чуда. Губы Нормана, секунду назад обжигавшие могильным холодом, теперь были горячими и требовательными. Он целовал меня так, словно я была единственным источником кислорода в этом мире, намертво вцепившись в мою талию, забыв о комиссии, о герцоге и о собственном статусе.

​Когда дыхания стало критически не хватать, я с трудом оторвалась от него. Грудь тяжело вздымалась. Норман смотрел на меня потемневшими, шальными глазами, в которых больше не было ни капли прежнего льда — только бушующий океан эмоций.

​— Идеальный... симбиоз, Ваша Светлость, — прохрипела я, пытаясь восстановить сбившееся дыхание и отступая на шаг.

​Тишина в оранжерее была такой плотной, что в ней можно было топор вешать. Пятнадцать благородных лордов из комиссии стояли с отвисшими челюстями, вжавшись в покрытые серебряным инеем двери.

​Герцог Валериан сидел прямо в луже на полу. Отдача от уничтоженного кристалла «Мертвой стужи» ударила по нему: его роскошный камзол почернел и рассыпался прахом, а на руках вздулись уродливые черные вены — метка темной магии, от которой теперь было не отмыться.

​Князь Норман медленно повернул голову к комиссии. Шальной блеск в его глазах мгновенно сменился ледяной, убийственной яростью. Обернувшись к герцогу, он выпрямился во весь рост. Аура правителя обрушилась на присутствующих, придавливая их к полу.

​— Государственная измена. Использование запрещенных артефактов Хаоса. Попытка уничтожения защитного контура столицы и покушение на жизнь моего доверенного лица, — голос князя звенел, как обнаженный клинок. — Стража! Взять герцога Валериана. В кандалы из антимагической стали. Бросить в нижние казематы. Остальным членам комиссии — оставаться на местах до выяснения степени вашего соучастия.