Книга «Аленка» шоколадка, страница 50 – Мила Романова

— Никаких чуть-чуть, проспишь на работу, – я была неумолима.

— Ну ладно, ладно, встаю.

Он поднялся и сел на кровати, потом потянулся и резко схватив, притянул меня к себе.

— Правда опоздаешь на работу, – пыталась освободиться я.

— Ничего страшного не случится, – он притянул меня к себе, поцеловал и осторожно и нежно обнял и усадил на колени.

— Ты мое самое дорогое и ценное сокровище, еще мама и Филя. Помни это всегда, чтобы не случилось. Я очень, очень вас люблю, – потом он пересадил меня на кровать, встал и бодрым шагом пошел в ванную.

«Какой-то он странный сегодня», – подумала я, – «вроде как прощается или оправдывается». И тут же отогнала эти мысли.

… Я была замужем восемь лет. За это время родился Филипп. Я окончила институт, пыталась работать, но после очередного переезда поняла, что это бесполезное дело, когда твой муж дипломат. С тех пор сидела дома, воспитывала сына и варила мужу борщи. Жили мы хорошо и дружно. Владилен ко мне относился бережно и нежно, а когда родился Филипп, я поняла, что более любящего отца в своей жизни не видела. По крайней мере, так мне казалось. Он с ним играл, учил его всему, везде возил, всем хвастался своим сынишкой. Недавно Филиппу исполнилось шесть лет, и я собиралась отдавать его в школу, но Владилен не собирался «воровать у ребенка детство» и было решено еще годик походить в детский сад.

Филипп был копией отца: те же глаза, рот, все манеры. Все, кто их видел вместе, поражались такому сходству.

Тем временем, Владилен вышел из ванной чисто выбритый, и пошел на кухню.

— Жена, иди ко мне завтракать, – позвал он.

— Я потом, – ответила я.

— Ну, тогда хоть посиди со мной.

— Ты прямо как ребенок малый, на работу точно опоздаешь, – я зашла в кухню и села напротив, на табуретку.

Владилен ел не спеша, смакуя, будто бы совсем не торопился. Еле заметная улыбка блуждала на лице, а карие, как спелые вишни, глаза, казалось заглядывали прямо в душу.

Я молча сидела, подперев голову руками, и в очередной раз решала наболевший вопрос: «И что же мне делать дальше?» Да, да, со стороны казалось, что я была счастливым и богатым человеком. У меня была семья: муж – преуспевающий дипломат, хороший сынишка, достаток, одним словом, все, что нужно для счастья. Все было, это верно, но только этого самого счастья как раз и не было.

Сначала, после столь поспешного замужества, мне казалось, что мужа я люблю, потом поняла, что это вроде и не любовь, а жалость какая-то, потом поняла, что и не жалость это, а какое-то наваждение. Мне было с ним тяжело, не знаю почему, но я всегда чувствовала себя зависимой, связанной, парализованной. Дважды пыталась уйти. Забирала сына, снимала квартиру. Но без Владилена чувствовала себя практически больной. Любовь ли это, страсть ли, болезнь? Потом я смирилась и привыкла. Никому и никогда не рассказывала правду о своей жизни, даже маме, которую теперь видела только раз в год, когда муж разрешал съездить к ней в гости.

Правда, в последний свой приезд, гуляя по городу с Филей, я случайно встретила Никиту, доброго друга своей юности. Он совсем не изменился, только глаза стали чуть серьезнее, да горечь затаилась в кончиках губ. Я так обрадовалась, он тоже – мы прогуляли вместе целый день. Все говорили, говорили, говорили. Сколько лет прошло, сколько всего случилось! Потом, по приезду, я рассказала Владилену о своей встрече с радостным восторгом. Он молча выслушал, но с тех пор не отпускал меня с сыном в гости к маме. Мы бывали там всего несколько дней, все втроем. Когда я просила разрешить остаться подольше, он всегда отвечал одно и то же: «Нет! Мне пора на работу, а тебя одну я здесь не оставлю. Я тебе не верю».