Книга Проект "Новое поколение", страница 31 – Евгения Аннушкина

— Опять ты об этом, — рука отца непроизвольно дернулась в сторону тайного отделения в столе, но движение так и не завершила. Александр же заметил этот жест и мысленно усмехнулся. Этот тайник в рабочем столе отца он обнаружил лет в четырнадцать. И против ожиданий, не было там ничего особенного. Всего лишь бутылка коньяка и единственная рюмка. Виктор Чон не был столь невозмутим, каким хотел казаться. Другие тайнички были интересней, но он тогда был достаточно взрослым, чтобы понять, что в некоторые вещи лучше не вникать.

— Да, я об этом. Опять, и снова, и столько раз, сколько потребуется, чтобы получить одобрение! — Лекс сам не заметил, как начал повышать голос. — И не надо мне рассказывать, что проект сырой! Я сделал все, что мог в текущих условиях. Все расчеты выверены неоднократно моей командой. Протоколы экспериментов в виртуальной реальности при разных вводных приложены. Без финансирования полевых исследований мы просто не можем сделать ничего большего!

Отец смотрел на него с такой скорбью, словно Лекс только что предал Пхенг. Не повезло ему с детьми. Не оправдали ожиданий, не отбили вложенные средства…

— Александар, я так рад видеть твою горячность и преданность будущему Империи… и также горько мне понимать, что ты тратишь свой потенциал не на то, что нужно. Мы стоим в шаге от прорыва, который вознесет человечество на высоты, ранее недосягаемые, даст оружие против других рас, а ты… Так бездарно расходуешь то, что дано тебе природой и мной.

Надо полагать, что “и мной” — ключевая фраза.

Для детей Виктора Чона не было секретом, что при их создании были использованы новейшие технологии генной инженерии. Отобраны самые здоровые клетки, удалены сломанные участки ДНК, которые могли привести к проблемам со здоровьем… Они с Софией действительно могли считаться цветом нации — здоровые, красивые, с интеллектуальными способностями значительно выше среднего. Правда, пользовались они этими возможностями до ужаса нерационально. Чем сильно огорчали отца, который много ставил на своих детей.

— Знаешь, что меня поражает, пап? — Лекс специально использовал это обращение, зная, как оно бесит отца. Вот и сейчас Чона заметно перекосило. — Твоя одержимость. Ты настолько зациклен на своей генетической программе, что совершенно не видишь перспектив в других направлениях. Я изучал вопрос — в Империи в последние пятнадцать лет даже новые модели порткомов работают на процессорах шинадцев. Наш в них только дизайн. На Белое крыло тратятся миллионы денежных единиц, но Империя в итоге ничего не получает!

— Не говори о том, в чем не разбираешься, мальчишка! — взорвался Чон. — Император в курсе, что принесла ему моя политика развития Белого крыла. Этого достаточно. Не дорос ты еще, чтобы судить, насколько я был прав! Не понимаю, зачем я вообще трачу на тебя время…

Александр не выдержал, вскочил с кресла и вылетел из кабинета, хлопнув дверью. Как же его бесило это снисходительно обращение от отца! Почти также, как молчание Эвы, которая утром попросту сбежала от него, отказавшись отвечать на вопросы. И оставив на память одинокий носок под кроватью — его потом нашел робот-пылесос.

Поговорить с ней так и не вышло, Эва отправила его номер в “черный список”, а затронуть эту тему с отцом он не смог сам, хотя собирался. Вдруг понял, что просто не хочет ворошить то прошлое, из-за которого Эва периодически покрывается колючками. А главное — дать повод отцу вспомнить о ней и снова протянуть руки к девочкам, которых Лекс уже считал своими.