Книга Золотое кольцо Галактики, страница 22 – Евгения Аннушкина

— Ну во-первых, он мне нравится, – отвечаю совершенно честно. Серый комбез с синими с искрой нашивками ни капли не походит на шедевры элитных модельеров, что я носила когда-то, но приятен к телу и не стесняет движения. Ну а размер на пару больше моего собственного я раз за разом выбирала самостоятельно. Оказывается, выточенная лучшими фитнес-тренерами и диетологами фигура вообще не помогает позиционировать себя как серьезного профессионала.

— У тебя очень странный вкус, – привычно ворчит Таша и пытается дотянуться до стоящей на кофейном столике коробке с конфетами. Да, как менеджер рейса, я имею право на некоторые излишества по сравнению с остальным коллективом. И Таша частенько беззастенчиво пользуется нашей дружбой, валяясь на относительно мягкой койке и поедая обожаемый ей молочный шоколад. К ее огромному сожалению, отменить обязательную униформу для официанток я не в силах. – А «во-вторых» будет?

Я пододвигаю конфеты ближе к подруге. С нее станется свалиться с койки, но не сесть по-человечески.

— Будет. А во-вторых, эти, как ты выразилась, «дурацкие комбинезоны», дают мне возможность сэкономить на платьях и быстрее выплатить кредит!

Таша кривится, словно надкусила лимон, и спешит заесть неприятную мысль еще одной конфетой. Кредит у нее тоже есть. И выплачивать его помогают родители, о чем не забывают напоминать, когда в очередной раз читают ей нотации.

— Зануда, – бурчит себе под нос. – Мне бы такую возможность, ух я бы тут развернулась…

Когда коробка пустеет, Таша, убедившись, что в ней не осталось ни крошки шоколада, стонет еще более горестно. Откидывается назад и задевает мой портком, который все еще лежит там, где я его положила.

— А что у тебя тут? А, списки групп на экскурсии… А к какой приписана я?

— Ты приписана к шаттлу, – заглядывать в заметки нет нужды, я и так помню, кто, куда и с кем. – Во время длинных перелетов разносить напитки и закуски.

— А погулять? Опять сидеть в консервной банке, пока все развлекаются? – кажется, она вот-вот расплачется, и я даю слабину, хотя знаю, что потом обязательно пожалею об этом.

— Ладно. Но тихо, чтобы и звука от тебя слышно не было!

Таша с визгом подрывается с места, пытается меня обнять, роняет портком, подхватывает его у самого пола…

Уже жалею.

Она утыкается в экран, вчитывается в списки распределения пассажиров по шаттлам и недоуменно морщит нос.

— А зачем шинадцам экскурсия по их же планете? За такие бешеные деньги? Не могли просто так по достопримечательностям покататься?

Смиряюсь с тем, что поработать не удастся.

— Ты же видела цвет их чешуи?

— Видела. И что? – Таша все еще не понимает. Вот что получается, если прогуливать лекции по психологии иных рас!

Хочется съязвить, что вот поэтому я менеджер, а она официантка, и вряд ли достигнет большего, но вовремя прикусываю язык. Подруга у меня одна, да и супер-карьера ей не сдалась. Каждая из нас хороша на своем месте.

— У шинадцев строгая иерархия, замешанная на происхождении. Исторически чем чешуя светлее, тем более высокое положение занимают особи. Правители у них традиционно белоснежные, как пески Шинады.

— А эти темненькие… – задумчиво тянет Таша.

— Верно, один из самых темных цветов, встречающихся на Шинаде. На родной планете у них из возможностей – только собирать и перерабатывать мусор за смешные деньги. Может, еще какая низкоквалифицированная и малооплачиваемая работа… Ни образования, ни перспектив. Подозреваю, поэтому они и улетели с родной планеты. За ее пределами они ограничены лишь собственными возможностями и Сводом законов.