Книга Все это было с нами как во сне, страница 100 – Ольга Токарева

Я прошлась по двухэтажному зданию, давно нуждающемуся в ремонте. Смотрела в детские глаза, в которых не было ни радости, ни счастья, а лишь отражение голода. Вспоминала ту далекую жизнь, уход отца из семьи и сводящий от голода желудок. Думала, что забыла, а оказалось, даже находясь в другом теле, я испытываю все те же ощущения.

Не сдерживая слез, бродила по комнатам приюта, смотрела на нищету вокруг и, словно прозрев, разговаривала сама с собой: «Ну что, Лив, получила по носу. Отель вздумала строить. Может, скажешь, зачем он тебе? Денег не хватает. Так ты в них купаешься. Прости, Единый. Я исправлюсь. Теперь я осознала и поняла, что должна делать».

— Матушка Мариан, не подскажите, а много сиротских приютов в Риануле?

— Таких, как наш, семь. Приют леди Шарли находится на попечении Даариана Тиарского.

— Понятно. А осиротевшие, одаренные магией дети в других домах живут?

— Нет. Отдельных приютов для таких детей не строят. В нашем живет двадцать три ребенка с различным магическим даром. В других сиротских домах эта цифра колеблется от тридцати до шестидесяти.

— Вы напишите мне адреса приютов.

— Пройдемте в кабинет, я составлю список.

Я последовала за Матушкой, на ходу изучая ее худенькую фигуру. На вид женщине было лет пятьдесят, но так как она являлась магом, то точное количество лет определить затруднялась. Черные волосы без единого седого волоска были аккуратно собранны в пучок и заколоты шпильками. Миловидной Мариан делали красиво-очерченные пухлые губы цвета недоспелой вишни. Возможно, ее красоту портили выразительные темно-карие глаза, в которых застыла обреченность и грусть. Так уж повелось, что мы больше тянемся к сияющим лицам и стараемся отвести взор от угнетенных чем-то людей. Словно нам неуютно находиться в их обществе.

Мы вошли в комнату, где началось наше знакомство. Хотя мне стоило бы представиться. Я дождалась, когда Мариан сядет на свое место, и сама опустилась в кресло напротив стола хозяйки заведения. Дождалась, когда она быстро написала нужный мне список. Взяв лист, свернула его аккуратно. Открыв ридикюль, достала три мешочка, наполненные золотыми, и положила их перед Матушкой.

Ее лицо вмиг стало сосредоточенным, между бровями пролегла глубокая складка. Женщина не торопилась брать деньги, смотрела на меня выжидающе.

Я положила в сумочку список и, посмотрев на Мариан, вымолвила: — Прежде чем у нас с вами начнется серьезный разговор, я хотела бы представиться. Я герцогиня Киара Магарианская. В мешочках триста золотых. Сейчас вы возьмете деньги и отправите за продуктами хозяйственника. А затем мы продолжим беседу.

Захлопав ресницами, Матушка с недоверием посмотрела на предложенные деньги, не спешила их брать и решила уточнить:

— Сначала я хочу услышать ясное объяснение предложенным монетам.

Мои брови дернулись вверх от удивления.

— Неужели были непристойные предложения? — в удивлении спросила я, обдумывая пороки сиятельной знати.

— На мой век работы в приюте разные случаи бывали, — ответила женщина, и ее взгляд наполнился холодом.

— Не переживайте. Я пришла к вам с добрыми намерениями и обманывать не собираюсь. Поспешите. Мы теряем время. Пока вы раздумываете, дети голодают.

Я не стала говорить, что сама Мариан, по всей видимости, забыла, когда в последний раз ела. Слова «дети и голод» быстро повлияли на доброе сердце директрисы. Схватив один из мешочков, она бросилась из кабинета. Вернулась директриса с чуть раскрасневшимся лицом и немного в возбужденном состоянии. Сев на прежнее место, тяжело дыша, она посмотрела на меня в ожидании.