Книга Беги, Настёна…, страница 40 – Саша Тат

— Я сейчас изо всех сил стараюсь не обидеться, – проговорила она после паузы.

И вроде надо было извиниться, но в горле все как онемело. Повисла давящая тишина.

— Тебе принести что-нибудь? – наконец спросила Настя.

— Нет.

— Может, теплые вещи? Холодно.

— Я волком согреюсь.

— Хорошо… Андрей разрешил мне быть здесь, сколько я захочу. Я посижу тут с тобой, ладно?

От того, что она пыталась проявить заботу, ласково щекотало внутри, и самое время, как сказала Алина, прекратить метать молнии. Но отравленные ревностью мысли так глубоко пустили корни в душе, что вырвать их оттуда у него не получалось, как он ни старался.

— Со мной-то что сидеть? Я здоров. Это Владу нужна поддержка.

Он пожалел об этих словах еще до того, как произнес их. Так бывает, когда разумом понимаешь, что языком управляет гнев, и надо бы промолчать, но остановиться уже не можешь – говоришь, и одновременно проклинаешь себя за сказанное.

Настя убрала руки с решетки и отступила.

— Ладно… Вижу, разговор у нас не клеится. Я пойду.

Несколько секунд она ждала ответа, а потом развернулась, и побрела прочь.

«Ну давай же, останови ее…».

От напряжения его руки сами сжались в кулаки. Но насколько просто было сказать что-то язвительное, и настолько же трудно потом все исправить.

— Настена, – наконец окликнул он, но рядом уже никого не было.

Узкий проход, через который едва проникал свет с улицы, зиял пустотой. Тонкий силуэт, и чуть вьющиеся волосы, и встревоженное лицо – все исчезло… А может он уже сходит с ума и ему лишь привиделось, что она приходила? Руслан снова погрузился в странное состояние ни сна, и ни яви, только теперь ничего приятного ему уже не виделось. Медленно, вязко текли минуты, часы… Он уже не мог с уверенностью сказать, сколько прошло времени, хотя раньше для него это не составляло проблемы. Но одиночество в четырех стенах отупляло.

Когда рядом послышались шаги, он уже не обманывался, что может ошибиться. Это была не Настя.

— Сижу за решеткой в темнице сырой…

— Сидела бы ты рядом со своим Владом, Оля, и не отходила от него далеко.

— Я бы с удовольствием, но он не мой, и не очень-то рад моему присутствию.

— И поэтому ты пришла мне мозги покрутить? Не трать силы зря, я все равно не буду жалеть о содеянном.

— Не шипи. Мы сейчас с тобой в одной лодке, – она уселась на пол и откинулась на решетку, так что он теперь видел лишь ее спину.

— С чего это вдруг?

— Те, кто нам дорог больше всего на свете, нам не принадлежат, – пожала плечами Ольга. И хотя сказала она это легко, в голосе ее читалась горечь.

— Это тебе Влад не принадлежит, а Настя – моя жена.

— Да ладно! Серьезно?! – фыркнула она. – Она человек, для нее твоя метка – просто шрам на шее! Не тешь себя иллюзиями! Это ты привязан к ней, а ее возле тебя ничего не держит.

— Ты пришла для того, чтобы мне это сообщить?

— Нет, – качнула она головой, и заговорила уже более спокойно. – Не знаю, для чего я пришла. Мне уже просто некуда идти… Увез бы ты свою Настю отсюда от греха подальше. Мы здесь и без вас двоих справимся. Поговори с Андреем и уезжайте, он поймет!

— Уезжать куда? Елизар везде сможет меня найти, если захочет. Я не подвергну ее такой опасности. Здесь ее хотя бы стая может защитить…

— Тогда пусть она уезжает сама! Елизару нужен ты, она-то ему без надобности, одну ее он не будет преследовать.