Книга Семь причин влюбиться в мужа, страница 48 – Татьяна Абалова

Кора хорошо помнила их первую встречу. Как у Теодора загорелись глаза, когда она задела его бедром, а он, разгоряченный победой в кулачном бою, усадил ее к себе на колени и заглянул в глубокий вырез сорочки. У итарки никогда не будет такой великолепной груди, съешь она хоть целое поле капусты.

Таверны в порту маленького королевства Мангоби–оли, где Кора остановилась в поиске лучшей жизни, отличались не только выпивкой, приготовленной из крови песчаных иргов, голубой по цвету и шипучей, точно игристое вино, особенно если туда добавить перебродивший сок манго, но и кулачными боями, устраиваемыми в специальных ямах, чтобы моряки, болеющие за своего сотоварища, не кинулись на подмогу.

Кровь, боль и похоть – вот что привлекало Кору в подобных заведениях. Продажные девки, отдающие себя морякам всех мастей, не всегда нежных с такого сорта дамами, драки, бои за деньги или из–за куража – насыщенный эмоциями воздух пьянил ведьму, сила, подпитанная болью, вливалась в нее мощным потоком.

Кора вела себя скромно, не выпячивалась, боясь выдать наличие дара, иначе любое происшествие, случившееся бы и без ее участия, моментально записалось бы на ее счет и строго спросилось бы. Она поняла эту простую истину, сделавшись обладательницей нескольких шрамов и пары поломанных пальцев, которые и сейчас в холодную погоду немели.

— Тео, Тео, Тео!!! – скандировала группа моряков с нашивками курсантов, и Кора из чистого любопытства протиснулась к ограде, чтобы заглянуть в яму и увидеть того, кого с таким воодушевлением подбадривали товарищи. Голый по пояс, он кружил вокруг потерявшего ориентацию моряка с островного государства Экония. Эконцев безошибочно определяли по черному цвету кожи и приплюснутому носу, в который, по давней национальной традиции, вдевали кольцо. Именно за это кольцо ухватился Тео и выдернул его, заставив соперника потерять сознание от боли. Громадная туша эконца, по весу дважды превосходящая жилистого, но ловкого фарикийца, упала, забрызгав хлынувшей кровью все вокруг. Орущий от восторга Тео вытер брызги с лица, и сделал то, что приковало к нему взгляд ведьмы – лизнул окровавленную ладонь. Ноздри Коры хищно затрепетали – ей захотелось вылизать удачливого курсанта. Почувствовать вкус крови победителя и побежденного.

— Ты потаскуха? – спросил он, бесцеремонно расстегивая на сорочке первую из пяти пуговиц.

— Нет. Я девственница. Если хочешь, можешь проверить.

За столом улюлюкали, когда Кора повела все еще забрызганного кровью победителя в свой номер.

— Дай хоть умоюсь, – произнес он, сдергивая с себя наброшенную на голое тело форменную куртку. Его сорочка так и осталась валяться на скамье у стола, куда подавальщицы принесли кружки с пенным голубым напитком. – Я все испачкаю тут.

— Не надо, – она потянула его на кровать, повалила на спину и, краснея, словно на самом деле была девственницей, расстегнула пряжку ремня, удерживающего штаны. – Я видела, ты пробовал кровь своего врага, дай и мне насладиться ею.

Она вылизала Теодора всего. Видела, как от ее ненормальных для всякой девушки увлечений, растет его возбуждение. Ее влажный рот доставил Тео такое наслаждение, что он не сразу смог приступить к главной задаче – познать, на самом деле девственница ему досталась или нет. Но кто определит, где на простыне кровь эконца, а где ее? Расчет был прост, и Теодор поверил, что стал у Коры первым.