Книга Семь причин влюбиться в мужа, страница 46 – Татьяна Абалова

— Ты умница! – прошептал принц и привлек женщину к себе.

Она прижалась податливым телом и подставила губы для поцелуя. Поцелуй был жарким, неистовым, с болью. Так они любили оба. Чтобы с болью.

Поцелуй запустил цепную реакцию страсти. Руки Теодора добрались до выреза платья и рванули его. Треск ткани резанул слух, подстегивая к действию. Ведьма никогда не носила под одеждой белье. Всегда была готова к соитию.

Мужские губы обхватили темный сосок, и Кора откликнулась долгим стоном. Выгнулась, заставляя любовника податься следом. Его руки в нетерпении сдергивали остатки платья, высвобождая смуглое тело. Желанное тело. Испещренное следами давних поцелуев.

Кора закричала, потому как мужчина с силой сжал спелую грудь. Больно, но как возбуждающе! Глаза ведьмы блестели, тело дрожало от нетерпения.

Черные волосы густой волной рассыпались по спине, когда она сдернула с головы шелковую ленту и завязала ею глаза принца. Теперь пришла пора раздевать Тео. Его одежду тоже не пощадили. Кора рвала ее и тут же зацеловывала каждый освободившийся кусочек, оставляя на коже такие же следы неистовства, какими было разукрашено ее тело. Никто, кроме нее, не знает, что под сорочкой наследника скрываются свидетельства их тайных отношений.

Кора целовала, кусала и царапала своего избранника – Теодор понимал, так она метила его, как животные метят территорию. Ей казалось, что она защищает свою любовь от ненавистной Виолы, на которой вынужден жениться ее мужчина. И была права. Только следы от поцелуев останавливали Теодора, хотя ему страшно хотелось почувствовать разницу.

— Тебе будет скучно с ней! – с вызовом смотрела на него Кора, когда Теодор собирался в Итару. – Виола хрупкая бабочка – тронь крылышко, и оно отвалится. Тебе такая в постели не нужна.

— Успокойся, тебе нет равных, – отвечал ей принц. Тео в голову не пришло бы раздеться перед невестой. Он целовать–то ее боялся, чтобы не увлечься и не сорваться. Все будет, но только после свадьбы, когда жене от мужа никуда не деться. И нежное соитие, и неистовое, и запретное. И пусть даже Виола будет холодна точно лед, ему достанет страсти за двоих.

А Кора? Что ж, Кору он не отпустит. Да она и сама не уйдет.

— Ты опять перестарался. Мне больно сидеть, – пожаловалась женщина, осторожно опускаясь в целебную воду – источник «Жизнь» до краев заполнял круглую чашу купальни.

— Не надо было завязывать глаза. Ты знаешь, в темноте я себя не контролирую, – ухмыльнулся Теодор, наблюдая, как ведьма морщится. – Надеюсь, других желающих поиметь тебя нет?

— Нет, я берегу себя для моего принца, – сыто улыбнулась Кора. По капле – по капле, но принц вливал в нее силу. –  Твоя холодная Виола вряд ли когда–нибудь даст то, что ты привык получать. Поэтому я не переживаю. Ты мой. Я вытерплю все, а она возненавидит тебя после первого же удара.

Ведьма не могла не вспомнить свою счастливую соперницу. Всякий раз одно и то же. Ревность.

— После свадьбы она никуда не денется. А чтобы ты не скучала, когда я уйду провести свою первую брачную ночь с итаркой, я привезу тебе подарок. Говорят, в королевстве Зидо–Калич очень симпатичные крестьянки. Какую хочешь? Наверняка блондинку? – Тео подначивал свою любовницу. Пусть знает – он видит, стоит упомянуть принцессу, как глаза Коры зажигаются ненавистью. Но ведьма удивила его.