Книга Двор Опалённых Сердец, страница 38 – Элис Нокс

Несколько секунд я пыталась переварить информацию, но что-то не сходилось. Я сжала подлокотник, чувствуя, как внутри нарастает паника.

— Погоди. – Я резко повернулась к нему. – И?! Почему я всё помню?! Почему я видела его… его настоящего и ничего не забыла?!

Он завёл двигатель. Машина ожила, фары осветили пустую улицу впереди.

— Потому что ты Видящая, – сказал он, не глядя на меня. – Ты видишь сквозь магию. Сквозь гламур. Видишь то, что скрыто от обычных людей.

— Видящая?! – Голос взлетел выше. – Что за…

— Позже, – оборвал он резко. – Нам нужно уехать. Сейчас.

Он выжал газ. Машина рванула вперёд, колёса завизжали по мокрому асфальту.

Я обернулась, глядя в заднее стекло.

Сквозь дождь и тьму я увидела фигуру.

Незнакомец стоял посреди переулка. Неподвижный. Серебряные глаза светились в темноте, как у волка.

Он смотрел нам вслед.

Долго.

Пристально.

И даже на расстоянии я видела, как напряглись его плечи, как наклонилась голова, словно он что-то обдумывал.

Что-то его насторожило.

Что-то не так.

Машина свернула за угол, и фигура исчезла из виду.

Оберон петлял по узким улицам Белфаста – мимо закрытых пабов с потемневшими витринами, мимо викторианских зданий из красного кирпича, почерневших от времени и дождей. Фонари отбрасывали жёлтые пятна на мокрый булыжник. Где-то вдалеке взвыла сирена – полиция или скорая, не разобрать.

Город спал. Но я чувствовала – что-то в нём бодрствовало. Что-то древнее, притаившееся в тенях между домами.

Но ощущение не прошло.

Холодное. Тяжёлое. Будто за нами следили. Будто мы не обманули его до конца.

Я развернулась к Оберону. Мысли метались хаотично, складываясь в одну кричащую реализацию.

— Видящая?! – выпалила я, и голос сорвался на крик. – Ты говоришь мне, что я какая-то гребаная Видящая, и ты, блять, сейчас мне об этом сообщаешь?!

Оберон не ответил. Смотрел прямо на дорогу, руки сжимали руль, челюсть напряжена так сильно, что я видела, как ходят желваки.

— Оберон! – рявкнула я. – Ты вообще слышишь меня?!

— Слышу, – выдавил он сквозь зубы.

— И?! Что значит "Видящая"?! Как ты вообще это понял?! И почему, чёрт возьми, ты не сказал мне раньше?!

Он выдохнул. Долго. С трудом. Провёл рукой по лицу, потёр переносицу, и я увидела, как дрожат его пальцы.

— Во-первых, – начал он устало, – в больнице. Когда я говорил на эльфийском. Ты меня поняла.

Я моргнула.

— Я… что?

— Ты поняла меня, – повторил он, бросая на меня быстрый взгляд. – Ты прислушивалась. Ты слышала и это изумление читалось в твоих глазах. Смертные не понимают наш язык. Никогда. Если только не изучали его годами. – Пауза. – Ты поняла инстинктивно.

Я открыла рот. Закрыла. Слова застряли в горле.

Я поняла его. В больнице. Я действительно поняла.

— Во-вторых, – продолжил он, возвращая взгляд на дорогу, – ты увидела гримов. Все фейри без исключения ходят под гламуром в вашем мире. Либо вообще не показываются. Смертные нас не видят. Они видят обычных людей, животных, тени. Что угодно, только не правду. – Он сжал руль сильнее. – Но ты видела.

Я нахмурилась, перебивая его:

— Может, они просто хотели, чтобы я их увидела? Сделали исключение, чтобы напугать. Или это было частью плана – показаться во всей красе, чтобы я обосралась от страха.

Оберон покачал головой.

— Гламур так не работает. Ты не можешь «выключить» его для одного конкретного человека, оставив для остальных. Это не прицельное оружие. Либо ты под гламуром для всех людей вокруг, либо ни для кого. – Он бросил на меня быстрый взгляд.