Книга Двор Опалённых Сердец, страница 310 – Элис Нокс

С разбитым сердцем и окровавленными руками.

И никакой надеждой.

* * *

Время потеряло смысл во тьме этой камеры.

Я не знала, сколько ещё прошло времени. Знала только холод камня под щекой и собственное дыхание, рваное и хриплое, жалкое эхо того, кем я была раньше.

Жажда была хуже голода, хуже боли, хуже одиночества.

Горло пересохло так, что каждый вдох царапал изнутри, оставлял кровавый привкус на языке. Губы потрескались, и когда я провела по ним языком, почувствовала металл крови – единственную влагу, что осталась в этом проклятом месте.

Тело давно перестало слушаться. Руки онемели до локтей, пальцы не шевелились, будто их и не было вовсе. Голова гудела глухой, давящей болью, что пульсировала в висках в такт сердцебиению. Ноги… я не чувствовала ног. Не чувствовала ничего, кроме ледяного холода, что забирался под кожу, оседал в костях, превращал меня в статую из плоти и отчаяния.

Может, я умираю.

Мысль пришла тихо, почти мирно, и я не испугалась её. Может, это и к лучшему. Может, просто закрыть глаза, перестать бороться, позволить темноте забрать меня туда, где не будет больше боли. Где не будет видений Оберона, целующего другую. Где не будет этой пустоты в груди, что разрасталась с каждым вдохом.

Два дня.

Всего два гребаных дня до свадьбы.

Но какая разница, если я не доживу до завтра?

И тогда воздух в камере дрогнул – едва заметно, словно сама тьма вздохнула с сожалением.

Я не пошевелилась. Мне было всё равно.

— Упрямая до последнего, – произнёс голос, и в этот раз в нём не было издёвки. Не было игривых загадок или насмешливых предложений. Только что-то похожее на… уважение. – Сломала руны самой Морриган голыми руками за одну ночь. Впечатляюще. Глупо, но впечатляюще.

— Отвали, – еле слышно выдохнула я в пол, хриплым шёпотом.

По камере прокатился тихий смешок, мягкий, почти тёплый.

— Знаешь что, Видящая? – голос стал задумчивым, словно он поворачивал меня в руках, рассматривая со всех сторон. – Ты мне нравишься. Ты не продалась. Не согласилась на сделку, даже когда должна была, даже когда это был единственный выход. Даже когда умираешь в одиночестве. Это… редкость. Очень, очень редкая.

Я не ответила. Сил не осталось даже на злость, даже на то, чтобы открыть глаза и посмотреть в пустоту, откуда доносился этот голос.

— Так и быть, – произнёс он медленно, растягивая слова, словно принимал решение прямо сейчас. – Бесплатно. Без долгов, без цены, без обязательств. Просто потому, что ты это заслужила.

Сердце дрогнуло – слабо, неуверенно – но я не позволила надежде разгореться. У меня не было сил даже на надежду.

— Что? – выдохнула я, и это одно слово вытянуло последние остатки энергии из изломанного тела.

— Ты сломала их магию, – сказал голос мягко, почти нежно. – Но забыла о своей.

В воздухе повисла пауза, тяжёлая и звенящая.

Я попыталась понять, заставить мозг работать сквозь пелену слабости и боли, но мысли плыли, расползались, не складывались в смысл. Слова были там – близко, почти на кончике языка – но ускользали, как вода сквозь пальцы.

— Ты ищешь снаружи то, что внутри тебя, – произнёс голос нараспев, декламируя древнюю загадку, что звучала знакомо, будто я слышала её когда-то давно, в другой жизни.

Я попыталась нахмуриться, но даже лицевые мышцы не слушались.