Книга Двор Опалённых Сердец, страница 272 – Элис Нокс

— И это мне говорит бессмертный фейри?

Алистор обернулся, его серебряные глаза сверкнули весельем.

— Ну, бессмертие… – Он помахал рукой небрежно. – Оно относительно. Нас могут убить, отравить, заколдовать, превратить в…

Он замолчал на секунду, и что-то промелькнуло в его взгляде – тёмное, острое.

— …сделать рабом, – закончил он тише, и напряжение мелькнуло в его плечах.

Потом он моргнул, и маска беззаботности вернулась на место.

— И вообще, – продолжил он легко, снова улыбаясь, – есть сотни способов скоропостижной смерти для фейри. Так что мы не так уж бессмертны, как кажется. А вот от старости… – Он усмехнулся. – От старости мы не умираем. Это правда.

Он замолчал на секунду, и что-то промелькнуло в его взгляде – древнее, почти меланхоличное.

— Мы просто уходим сами, когда понимаем, что пришло время. Когда устаём. Когда жизнь теряет вкус, а мир вокруг становится слишком знакомым, слишком предсказуемым. Фейри не умирают от дряхлости. Мы растворяемся, когда больше не хотим оставаться.

Его губы изогнулись в странной, почти грустной улыбке.

— Так что время, дорогая, – это иллюзия даже для бессмертных. Важно только то, что ты делаешь с ним, пока оно у тебя есть.

Он подошёл ближе, остановившись в шаге от меня.

— Так что поверь мне. Триста лет научили меня одному – беспокойство не меняет исход. Оно только крадёт радость из настоящего момента.

Его взгляд смягчился – едва заметно, но достаточно, чтобы я почувствовала.

— Так что ты можешь либо сидеть здесь и разваливаться на куски, переживая о том, что будет…

Он протянул мне руку, и его улыбка стала шире – озорной, почти мальчишеской.

— Либо можешь пойти со мной на прогулку и отвлечься от всего этого дерьма хотя бы на пару часов.

Я смотрела на его протянутую руку, потом на его лицо.

— Прогулку? – повторила я скептически. – Просто так?

— Просто так, – подтвердил он. – Без интриг, без планов, без политики. Я покажу тебе кое-что интересное. Что-то, что не увидит ни один придворный. Что-то…

Он наклонил голову, и в его глазах промелькнуло что-то тёплое.

— Что-то, что заставит тебя вспомнить, почему стоит жить. Даже когда всё идёт в бездну.

В груди дёрнулось тепло – та самая невидимая нить, связывающая меня с ним.

Я посмотрела на его руку. На серебряные глаза, полные искреннего приглашения.

И медленно положила свою ладонь в его.

— Хорошо, – сказала я тихо. – Покажи мне что-то интересное.

Алистор сжал мои пальцы – осторожно, почти нежно – и улыбнулся.

— Вот и умница.

Мир взорвался светом.

Не успела я моргнуть, как пол исчез из-под ног, стены комнаты размылись в единое золотое пятно, и меня швырнуло в пустоту.

Я задохнулась, вцепившись в руку Алистора – единственную твёрдую вещь в этом хаосе.

Магия.

Она обрушилась на меня волной – горячая, живая, пульсирующая. Не как магия Оберона, которая была огнём и яростью. Это было что-то другое – солнечный свет и хаос, осенний ветер и золото листвы, смех и безумие, сплетённые воедино.

Алистор.

Его магия была им – непредсказуемой, дикой, опьяняющей.

И потом – так же внезапно, как началось – всё закончилось.

Твёрдая земля под ногами. Прохладный воздух на лице. Запах…

Я открыла глаза и замерла.

* * *

Мы стояли на вершине холма.

Высоко. Так высоко, что мир распахивался подо мной во всех направлениях – бесконечный, захватывающий дух, невероятный.