Книга Двор Опалённых Сердец, страница 148 – Элис Нокс

Она обхватила шею под челюстью, не сжимая, просто удерживая – собственническое, доминирующее прикосновение. Большой палец лёг на пульсирующую артерию, чувствуя, как бешено бьётся моё сердце.

— Моя, – слово прозвучало темно, с силой. Хватка на горле усилилась. – Прямо сейчас, в эту секунду, ты моя. Не важно, что ты сказала. Не важно, какие правила ты установила.

Не его. Я не его. Но в эту секунду, прижатая к стене, с его рукой на горле, с его членом внутри меня – ложь не работала. Я была его. Полностью. И это пугало меня больше любой опасности.

Слова были собственническими, опасными, разрушающими все границы. Но в них слышался гнев. Отчаяние. Боль.

Оргазм обрушился внезапно, всепоглощающей волной. Я закричала, сжимаясь вокруг него судорожно, снова и снова, дрожа, разваливаясь на части, пока его рука держала моё горло, пока он продолжал безжалостно двигаться.

Золотая метка на запястье взорвалась ослепительным светом – яркая вспышка, что прорезала ночную тьму. Жар обжёг кожу, волна магии пронзила меня, синхронизируясь с оргазмом, усиливая каждое ощущение до невыносимого. Я чувствовала его – каждый удар сердца, каждую волну удовольствия, каждую каплю боли. Связь пульсировала между нами, живая, неразрывная, отрицающая все наши слова о "без обязательств".

Интенсивно. Всепоглощающе. Опасно реально для того, что должно было быть просто сексом.

Его движения стали хаотичными, быстрыми – он гнался за собственным освобождением. Хватка на моём горле усилилась, ровно настолько, чтобы дыхание стало затруднённым.

Он вошёл последний раз до предела. Застыл, кончая внутри меня, издав нечленораздельный звук, который звучал как моё имя, как проклятие, как молитва.

Я чувствовала, как метка вспыхнула снова в момент его оргазма – горячая волна, что прокатилась по моему телу, связывая нас ещё крепче, переплетая наши ощущения, наши души, в один узел, который невозможно было развязать.

Рука на горле дрожала, прежде чем медленно разжаться. Он выпустил мои волосы, но хватка ослабла не сразу – будто он боролся с желанием не отпускать.

Мы стояли неподвижно, тяжело дышащие, дрожащие.

Его дыхание было рваным за моей спиной. Я не видела его лица, но чувствовала напряжение, исходящее от него волнами.

Медленно он вышел из меня. Я поморщилась, чувствуя пустоту, влажность, стекающую по внутренней стороне бедра.

Тишина. Тяжёлая. Давящая.

Его руки легли на мои бёдра – и прикосновение было совсем другим. Не грубым. Почти осторожным, нежным даже. Такой резкий контраст, что у меня перехватило дыхание.

Руки дрожали, когда он помогал мне натянуть трусики обратно. Медленно, с какой-то осторожной нежностью, будто я была чем-то хрупким, что он боялся сломать ещё больше. Он провёл большим пальцем по следу от его хватки на бедре – красному отпечатку, который завтра станет синяком.

Джинсы он натянул так же аккуратно. Застегнул пуговицу, молнию, прикосновения были долгими, медлительными.

Развернул меня лицом к себе. Руки легли на мои плечи, удерживая, потому что ноги дрожали.

Его глаза, всё ещё потемневшие, смотрели на меня долго. Изучали. Искали что-то.

Рука поднялась к моему горлу. Движение было нежным, осторожным – он провёл кончиками пальцев по коже, которую только что сжимал. По следам своих рук. Изучал. Проверял.