Книга Двор Истлевших Сердец, страница 60 – Элис Нокс

Кожаная сумка с травами выскользнула из её пальцев, упала на мраморный пол с глухим стуком, который прогремел в тишине, как удар молота.

— Боги милостивые, — повторила целительница, и голос надломился, превратился в сдавленный шёпот. — Она... она...

Фиола сглотнула, пытаясь отдышаться. Грудь вздымалась и опускалась, словно она только что пробежала марафон.

А потом медленно, дрожа всем телом, подняла руку и указала на меня длинным бледным пальцем.

— Она Лианан Ши.

Слова упали в абсолютную тишину зала, как камни в бездонный колодец.

Секунду никто не двигался.

Никто не дышал.

Даже пламя свечей, казалось, застыло.

Я почувствовала, как Рован каменеет рядом со мной. Мощные плечи напряглись под бархатом камзола. Магия, что вихрилась вокруг него, на мгновение замерла — словно сам воздух задержал дыхание.

Он медленно ко мне повернулся и золотые глаза встретились с моими. И в них я увидела шок. Непонимание.

И... страх?

Нет. Нет-нет-нет. Что такое лианан ши? Почему он так смотрит на меня?

— Что? — прошептала я, и голос прозвучал чужим, испуганным. — Что это значит?

Но ответа не последовало.

Потому что в следующую секунду зал взорвался.

— Лианан ши?!

— В Осеннем Дворе?!

— Это невозможно!

— Их не существует уже тысячелетия!

— Суккуб! Она суккуб!

— Советник... она заколдовала советника!

— Короля! Боги, она заколдовала самого Короля!

Голоса наслаивались друг на друга, становясь всё громче, превращаясь в какофонию обвинений и страха. Придворные отступали от меня, словно я была прокажённой. Некоторые хватались за оружие. Другие творили защитные знаки в воздухе.

А я стояла посреди этого хаоса, чувствуя, как пол уходит из-под ног.

Лианан ши.

Суккуб.

Что я такое?

Шёпот нарастал, превращаясь в гул.

Лианан ши.

Слова звучали незнакомо. Чуждо. Но что-то внутри меня — то золотое, дремлющее — откликнулось.

Узнавая.

Холод пополз по позвоночнику — медленный, липкий, въедающийся под кожу.

Я повернулась к Фиоле.

— Что?.. — Голос сорвался, застрял где-то между горлом и грудью. — Что это значит?

Целительница смотрела на меня с ужасом. И жалостью — той мерзкой, липкой жалостью, от которой хотелось содрать с себя кожу.

— Лианан ши, дитя, — повторила она тихо, и каждое слово падало, как камень в воду. — Древняя раса фейри. Суккубы. Они... — Она сглотнула, и я увидела, как дрогнули её пальцы. — Они питаются жизненной силой через... близость. Мужчины чахнут рядом с ними. Сгорают. Умирают.

Слова врезались в меня болезненно.

Суккуб.

Убийца.

Монстр.

Желудок скрутило узлом. Горло сжалось так, что невозможно было вдохнуть.

— Нет, — прошептала я. — Нет, я... я не...

Но воспоминание накрыло — жестокое, безжалостное, не дающее спрятаться.

Каэль. Его руки на моей талии. Жар его тела. Вкус силы — сладкий, опьяняющий, божественный. Как он тянулся ко мне, словно я была воздухом, которым он дышал. А потом — его глаза. Пустые. Мёртвые.

Я сделала это.

Мысли закружились — хаотичные, режущие, как битое стекло в голове. Лианан ши. Древняя раса. Я — не человек. Никогда не была.

Как?

Почему я не знала?

Откуда это во мне — этот голод, это золотое, эта жажда, которая жгла изнутри, пока я не коснулась его?

А потом — как удар в солнечное сплетение — другая мысль.

Тётка.

Она знала.

Конечно, знала.