Книга Серебряная Элита, страница 217 – Дани Франсис

— Хочешь, я подожду внизу? – спрашиваю я.

— Не надо. Не знаю почему, но ты ее успокаиваешь. Посидишь с нами?

— Конечно.

Ненавижу все это. И это чувство близости, и то, как Кросс нежен с матерью. Как сейчас уязвим. Ненавижу себя за то, что… Боже правый, мне жаль Генерала!

Переступая через себя, я все же открываю тропу и прощупываю сознание Винессы Редден. Мне нужно знать наверняка.

В тот же миг мое собственное сознание пронзает резкая боль. Потрясенная, я поспешно обрываю связь. Никогда раньше не пыталась заглянуть в расколотый мозг, и это… там царит хаос. Невозможно даже понять, Измененная она или нет: ее мозговые волны так изломаны и запутаны, так неправильны, что среди них невозможно находиться дольше секунды.

Потирая виски, подхожу к дверям на террасу. За стеклом видна идеально подстриженная лужайка. Прямоугольный прудик. Вдоль мощеной дорожки, окаймляющей лужайку, на равном расстоянии друг от друга стоят чугунные скамьи. Прямые линии, углы и безупречный порядок – словно на военной базе.

Перевожу взгляд на стену, где висит картина, написанная маслом. Бухта и спокойное море. Чудный пейзаж, нежные краски. Интересно, кто ее выбрал?

Оглядываюсь через плечо. Кросс с бесконечным терпением кормит Винессу супом с ложечки. Жесткий, безжалостный мужчина, которого я знала несколько месяцев, обернулся мальчиком, трогательно заботящимся о своей больной маме.

На комоде фарфоровая фигурка – маяк. Беру его в руки и разглядываю.

— Твоя мама любит океан?

— Ее детство прошло в Округе F, еще до того, как его затопило. Это было ее самое любимое место на земле. На картине, – он кивает в сторону морского пейзажа, – город, где она выросла.

На этот раз я внимательнее приглядываюсь к деталям. Картина в самом деле чудесная. Сама безмятежность в нежных пастельных тонах. Голубое море, безоблачное небо. По спокойным водам скользит одинокий парусник. У него белоснежные паруса, белый корпус с синей полосой вдоль борта, а над капитанским мостиком развевается красный флаг.

Название корабля прочитать не удается – он слишком далеко…

И вдруг до меня доходит.

Потрясение так велико, что я едва удерживаюсь на ногах.

Эта картина мне знакома. Пусть я никогда ее не видела – но слышала ее описание.

Много раз.

От Волка.

Не может быть!

Кросс – Волк? Немыслимо!

Такое просто невозможно!

Он же не Измененный!

«А его мать?»

Я почти уверена, что она – да. Но это ничего не значит. У родителей-модов не всегда рождаются дети-моды. Черт, даже у двух примов не всегда рождаются примы! Мутацию вызывает биотоксин, присутствие которого в организме у некоторых людей не проявляется. Любой может родиться таким, как я… как она…

Как он?

Нет. Быть такого не может.

И все же эта картина… это невероятное сходство…

Совпадение. Мир полон совпадений. Вспомнить хоть то, как среди военных, приехавших к нам на ранчо взглянуть, как я стреляю, оказался один, который пятнадцать лет назад служил вместе с Джимом и его узнал. Просто совпадение. Случайный поворот судьбы.

Но такое… Поверить, что Кросс и мой самый старый друг, человек, которого я люблю после дяди Джима больше всего на свете, – одно лицо… да нет, просто нелепость! Смехотворная нелепость.

Однако проходят дни, а эта мысль меня не оставляет.

Кросс покидает базу – у него какое-то задание. Для меня это к лучшему: не понимаю, как с ним общаться, когда эти подозрения не оставляют меня в покое. Я двигаюсь на автопилоте. Завтракаю с Лидди. Занимаюсь рутинными задачами с Кейном. Ужинаю с Кейном, Лэшем и Айви, в другое время было бы неловко, но сейчас я занята своими мыслями и почти не замечаю, что сижу за столом с бывшей девушкой Кросса.