Книга Посвящение в бывшие, страница 53 – Анастасия Феникс

Быстрым, стремительным шагом Костеров направился ко мне, а я стояла наготове, ожидая удара в любой момент и просчитывая варианты. Подойдя впритык, он сделал выстрел в воздух.

— Ты что, идиот?! Это жилой район! — взвизгнула я, пытаясь отобрать у него "игрушку". Но он стоически не отдавал. Вывернув руку, а пропустила момент, когда он спустил курок, а дуло было направлено в мою сторону. Взвизгнула, я затихла после прозвучавшего выстрела, боясь пошевелиться. Лишь краем уха услышала звук разбившегося горшка где-то за спиной.

— Блять, Рита, звони ментам. Там человека убили походу, — меня всю трясло от осознания, что пуля могла меня задеть. В мыслях проносились все молитвы, которые я когда-либо слышала или краем глаза видела, при условии, что никогда их не учила. Да я в целом к Богу почти никогда не обращалась, кроме как сейчас!

— Пиздец! Переехали называется!

*********

Спустя час мы сидели в кабинете главы ГУ МВД России по Московской области, генерал-майора Кашпорова Владимира Сергеевича, который, заложив руки за спину, чеканя шаг, ходил по кабинету, смотря на нас гневным взглядом из-под серых, немного покрытых сединой, бровей, которые хорошо дополнялись уже почти лысой головой. Белая рубашка натягивалась каждый раз при движении, открывая вид на довольно подтянутое для его возраста, тело.

— Спелись, голубчики! А я все думал, как жеж вас познакомить, чтобы контролировать было легче! Все думал да гадал, как же в столь разных семьях родились столь одинковые отпрыски! Костеров, кстати, оружие сдал, а ты, Горбунова, когда сдашь?! — я невольно сжалась под взглядом Владимира Сергеевича, понимая, что постоянно доставляла ему проблемы, всегда.

— У меня нет оружия, вы все забрали же! — возмутилась я, вспоминая конфискацию оружие после смерти папы и дедушки, так как у нас разрешения на него не было.

— Горбунова, зная тебя, надо спрашивать, где ты гранатомет спрятала, который мы не нашли, кстати, — я нахмурилась, понимая, что его действительно не было на месте, полиция обыскалась просто. Но я тут не причем!

— Стрелял он, — я пальцем указала на Костерова, — я не виновата. Я вообще там у мужа была!

— Горбунова, в выстрелы еще могу поверить. Никак не пойму, на кой черт тебе этот овощ рода человеческого? Он даже свидетелем по делу проходил! Да и вообще, я за другое хотел поговорить, — он кинул на стол белый конверт, который я, нахмурившись, взяла в руку и извлекла оттуда фото с мест убийств. Вернее, как я, в переодетом варианте, захожу в тот или иной парк. В самом конце была выписка, в которой были указаны даты покупки париков, их описание и стоимость.

— Я и забыла, как прекрасно вы умеете фабриковать дела, — хмыкнула я, посмотрев на него и кинув конверт на стол.

— Мы оба знаем, почему ты сейчас не в камере ожидаешь решения — двадцатка или пожизненное. Давай так: ты заканчиваешь и я об этом забываю. Поймаю еще на одном убийстве мужиков — сядешь надолго, ясно? — вздохнул он, упав в кресло, а я поджала губы и кивнула, — Молодец. Шуруйте отсюда, оба! А то я опять загоняюсь, почему твой дед решил породнить твоего брата с его сестрой. Надо было вас, вы прямо идентичны.

— Мы разные! — усмехнулся Костеров, а я закатила глаза. Спорить с начальником полиции — увольте!

— Завались нахер! — рявкнул он, — Мне Рощина уже звякнула по поводу ваших догонялок. И по поводу выстрелов на даче. Ее очень беспокоит эта ситуация, а меня то, что Горбунова с ней сдружилась! Если, на дай Бог, ты ее хоть чем-то зацепишь, ее отец и дед глотку порвут сначала тебе, Костеров, а потом и мне, что не досмотрел! Ее дед — начальник ГУ МВД по Ленинградской, ее отец дружит с МинЦифры. Так что мой вам совет — разбирайтесь там, где ее нет. Я кресло потерять не хочу, — отмахнулся он, обреченно закрыв лицо рукой, — я не понял, почему вы еще тут?!