Книга Ледяная принцесса для мажора (дилогия), страница 30 – Кейт Хартли

— Хорошо. – Я чувствую, как губы расползаются в мстительной улыбке. – Но мне снова понадобится помощь.

— Я всему тебя научу, – подмигивает Лина, доставая свою необъятную косметичку и груду расчесок и заколок.

Деймон

Три дня.

Три проклятых дня она прячется в своей норе, пока я разгребаю последствия ее провокации.

Выговор от декана. Официальное предупреждение. Пометка в личном деле. Письмо отцу. Все из-за драки с этим ничтожеством Эриком. Все из-за Элары Вейн.

Я ненавижу ее, но стоит вспомнить ее имя – в сердце разверзается кровавая рана.

Она достала меня. Зацепила так сильно, что, причинив ей боль, я ранил и себя самого.

Где ты, Ледяная Заноза? Что с тобой происходит?

Я знаю – она страдает. Рыдает в подушку из-за меня.

И это то, чего я добивался. И то, за что я ненавижу сам себя.

На четвертый день она появляется в столовой.

Я замечаю ее раньше, чем успеваю осознать. Мой взгляд находит ее в толпе мгновенно, словно притянутый невидимой нитью.

И я замираю.

Она изменилась.

Та же девушка – и в то же время совершенно другая. Ее волосы больше не стянуты в дурацкий строгий пучок. Они лежат на плечах мягкими волнами, блестя золотом в утреннем свете.

Я помню, как эти локоны рассыпались по моей подушке. Как я зарывался в них пальцами, пока она стонала подо мной. Как гладил их, когда она засыпала на моей груди.

Горло сжимается.

С рубашкой тоже что-то не так – две верхние пуговицы расстегнуты, открывая ключицы. Те самые ключицы, которые я целовал, прокладывая дорожку поцелуев к ее губам.

Она выглядит... расцветшей. Будто нечто пробудилось внутри нее. И теперь она сияет.

“Это сделал я”, – думаю с мрачным удовлетворением. – “Я пробудил в ней этот свет”.

И ледяная ярость захлестывает с головой.

Потому что ее улыбка – нежная, игривая, от которой у меня перехватывает дыхание – предназначена не мне.

Она улыбается Эрику.

Тому самому Эрику, которому я сломал нос. Тому, из-за которого получил выговор. Тому, кто посмел прикоснуться к девушке, что должна была принадлежать только мне.

Она садится рядом с ним. Наклоняет голову, улыбается, что-то шепчет на ухо. Он отвечает, и она смеется. Звонко, искренне. Так, что даже я слышу, что она счастлива.

Кровь стучит в висках. Огонь вспыхивает под кожей, готовый вырваться наружу.

Она променяла меня на него. На этого... никчемного светлого. Просто ничтожество рядом со мной.

— Деймон?

Женский голос вырывает меня из персонального ада.

Кейтлин – адептка с факультета темных – стоит рядом и смотрит на меня из-под длинных ресниц. Красивая. Доступная. Она вешается на меня с первого дня в академии. И никогда не была мне интересна.

— Кейтлин, – я растягиваю губы в улыбке. – Присядешь?

Ее лицо озаряется. Она садится рядом – слишком близко, прижимаясь бедром к моему.

Я обнимаю ее за талию. Притягиваю ближе. Наклоняюсь к ее уху и шепчу какие-то пошлости, заставляя ее хихикать.

Краем глаза я слежу за Эларой.

Она не смотрит в мою сторону. Вообще, не смотрит. Будто меня не существует.

Злость вспыхивает еще ярче.

Целую Кейтлин в шею. Она млеет, прижимается ко мне всем телом. Обдает меня ароматом своих духов – слишком сладким, слишком навязчивым – как она сама.

Но я продолжаю изображать заинтересованность. Флиртую, улыбаюсь, играю роль того Деймона Аркрейна, которым был всегда. Человека, которому плевать на всех. Который всегда берет то, что хочет.