Книга Таможня бабы Яги, страница 46 – Елена Яр

И я позволила себе не думать, наперёд не загадывать, брать то, что есть. Тем более то, чего мне так сильно хотелось.

С трудом оторвавшись от моих губ, Елисей перевёл дыхание. Его глаза были тёмными от расширившихся зрачков. Но он замер, вглядываясь в моё лицо очень внимательно, и негромко спросил:

— Позволишь остаться?

Он знал, что я позволю. И я тоже сомнений ни малейших по этому поводу не испытывала. Я желала этого больше всего на свете. И можно было не уточнять — просто целовать, на руки подхватить, в дом унести. Но он, вероятно, хотел, чтобы ответ прозвучал. Чтобы слова, как печать сургучная, скрепили решение, доказав его серьёзность.

— Да, — выдохнула я.

Стук со стороны нави был уже знаком. Это опять Смекайло набрался смелости совершить новую попытку пронести что-то через мою дверь контрабандой. Удивляет меня этот гмур. И восхищает, что уж. Так уверенно и оптимистично не сдаваться перед лицом очевидных неудач надо ещё уметь.

Вытерла руки о полотенце и отперла засов.

Бородатая голова заглянула внутрь и пошарила глазам по пространству комнаты.

— А этот дома? — прищурившись, спросил Смекайло.

Елисея он не боялся. Наоборот, они с богатырём к моему величайшему изумлению нашли общий язык. Даже один раз вместе мёд пили на закате да о жизни рассуждали. Ну, знаете, эти мужские разговоры о том, куда катится этот сказочный мир и как жить дальше.

Возможно, в дружбе Смекайло был некий корыстный момент, но пока Елисей никак не пытался облегчить гмуру переход на другую сторону с чем-то недозволенным. Наоборот, богатырь с удовольствием посмеивался, когда я в очередной раз разносила в клочья попытки хитреца пронести нелегалку.

— Нет его, — сообщила я. — Он уже пару недель бегает по высохшим болотам по поручению Водяного.

— Мммм, — глубокомысленно протянул Смекайло. — И долго ему осталось долг за чужую девицу выплачивать?

— Три месяца ещё, — я не стала врать или отнекиваться.

— Не жалеешь, что такого себе взяла? — Гмур внимательно поглядел на меня, поглаживая бороду. — Ну, с обременением…

— Не жалею. Коли обещал — долг надо отдавать. И неважно, что у тебя поменялось за это время.

Елисей оказался очень рукастым в быту. Так великолепно моя изба не выглядела никогда, да и хозяйство разрослось — коза тоже получила себе мужа и скоро собиралась обрадовать нас выводком козлят. Я лишь надеялась, что они будут все в спокойного и уравновешенного отца, а не в бодастую нахальную мамашу.

Впрочем, Елисей долго дома сидеть не мог — тянула его богатырская душа на подвиги. Пока с его ратным досугом неплохо справлялся царь вод, выдавая задания разной степени сложности и опасности. Но есть у меня ощущение, что по истечению срока Елисей себе ещё какую-нибудь заботу найдёт. Спасать кого отправится или на подвиги рванёт.

Но это мне тоже нравилось — вряд ли бы я уважала мужчину, который при доме сел и лишь в один быт вкладывался.

К тому же я точно знала, что надолго его в скитаниях не хватает — ко мне мчится, соскучившись.

— Чаем напоишь? — спросил гмур.

— А что, ты сегодня даже на ту сторону не попросишься? — удивилась я.

— Не. — Он помотал головой и добавил словно само собой разумевшееся. — Мне сегодня тебе нечего предложить интересного.

Я рассмеялась:

— Ну садись тогда.