Книга Забытое желание дракона, страница 40 – Элина Амори

Вдруг в окне дома застучала Илия, потом распахнула форточку.

— Я знаю, что делать! — крикнула она.

— Да ты уже натворила делов, бестолковая! — осадил ее муж.

— Сиди и молчи! — подхватил кто-то из толпы.

— Дайте сказать! — возмутилась она и поглядела на Хорна. — Прости меня, не хотела тебя обидеть. Все должно было разрешиться, как только этого вшивого старосту уберут.

Хорн тяжело вздохнул.

— Говори, Илия, — кивнул он.

— Пока я изучала, как духа призвать, нашла и противоядие. И вот сейчас думаю. Это же отвар, отнимающий магию на несколько часов. А если мы сделаем так: жрецы прибудут, а ты, Хорн, выпьешь его. Они тебя проверят, а в тебе — пусто. — Ее взгляд хитро блеснул.

— Только людей надо подговорить, чтобы никто не проболтался, что ты дракон по рождению, — добавила она.

Люди снова зашумели, но на этот раз — одобрительно.

— Ну что, Хорн, послушаешь нашу глупую Илию? — усмехнулся его друг Кроун.

— Или слишком премудрую, — добавил Велс.

Илия даже просияла.

— Так мы и от старосты избавимся! — воскликнула она радостно.

Народ расхохотался.

Делать больше было нечего. Когда прибыли жрецы, Хорн выпил снадобье и слился с толпой селян. Все вышло по замыслу Илии. Никто из местных не выдал в Хорне дракона, и даже жрец Лестан соврал перед лицом Диверии, не моргнув глазом.

Потоптались жрецы, покидали на селян, Лестана и на самого Хорна косые взгляды, да махнули рукой. Не пойман — не вор, как говорится.

Старосту обвинили в подстрекательстве и ложном вызове, сняли с должности. Тут же кто-то подсунул жрецам прошение о назначении Велса старостой. Главный жрец делегации подписал, не глядя, — видно было, что он раздосадован всей этой глупой историей. Ведь он собрал целый отряд, чтобы пленить дракона, а тут — никого.

Жрецы уехали. Через день съехал и взбешенный бывший староста с семьей.

Снова собрались люди у дома Велса.

— Говори, Хорн, какое наказание для моей дурочки-жены и ее брата хочешь, — сказал уже новый староста.

Недолго думая, Хорн улыбнулся и обвел взглядом собравшихся.

— Пусть Илия год ко мне ходит готовить да Аяне помогает. А ты, Гирт, дрова запасешь, привезешь, да в хлеву навоз чистить будешь.

Все рассмеялись. Кто-то говорил, что наказание слабое, кто-то хвалил Хорна за доброе сердце. А я стояла у него под боком и думала, как переменчивы людские сердца. Всего два дня назад его обвиняли во всех грехах, а теперь — «доброе сердце» и «любимый дракон».

Он был нужен им для защиты, и они с облегчением выдохнули, узнав, что он не злодей. Но я была уверена: случись вновь что-то необъяснимое — он снова будет первым подозреваемым. Потому что силу не только уважают. Ее боятся.

Аяна

Снег в тот день падал мягко и неспешно. В воздухе витал запах хвои, печеных яблок и глинтвейна, который я с трудом, но уговорила местных женщин сварить по «очень старому, почти забытому рецепту». Рецепт, конечно, был моим, из другого мира, но кто теперь разберет?

Идея пришла сама собой. Зима, снег, все проблемы позади, душа просит света. Я вытащила свою заветную гирлянду — ту самую, цветную, с крошечными лампочками, с которой я и оказалась под елкой будто вчера, хотя на самом деле прошел почти месяц. Батарейки на ней пока работали, так что я решила пустить ее в ход.