Книга Девушки с тёмными судьбами, страница 9 – И.В. Вудс

— Мы не должны находиться здесь так поздно, – сказала Алейда и оглянулась через плечо. Увидев, что машина скрылась вдали, она вздохнула с облегчением. – Не хочу рисковать, Малкольм разозлится, если мы задержимся.

— Когда еще у нас появится шанс побыть вдали от театра? Кроме того, он наверняка уже напился вусмерть. Хорошо бы просто… подышать. Хоть на несколько мгновений перестать быть Марионеткой. – Словно в подтверждение своих слов, Эмберлин вдохнула полной грудью, впуская в легкие свежий воздух. Здесь, рядом с рекой Халливер, он ощущался иначе. Пах солью, а не пылью.

Алейда отвернулась от дороги. Спустя несколько минут тишины, нарушаемой лишь плеском воды о бетонные стены, она заговорила:

— Ты ведь понимаешь, что это значит? – прошептала Алейда, широко раскрытыми глазами глядя на сестру.

Губы Эмберлин растянулись в болезненной улыбке.

— Проклятие убивает нас – и делает это не в том порядке, в котором мы присоединились к труппе. Любая из нас может стать следующей. – Эмберлин сглотнула страх, комом вставший в горле, и продолжила: – Но это также может означать, что у нас с тобой есть годы в запасе. Мы ничего не знаем.

На мгновение они обе погрузились в молчание. Потом Алейда сказала так тихо, что Эмберлин едва расслышала ее слова:

— Возможно, следующей буду я.

— Пожалуйста, не говори так. – Голос Эмберлин сорвался.

Алейда издала сдавленный звук и вскочила на ноги. Эмберлин последовала за ней.

— Я так сильно устала, Эмбер, – дрожащим голосом сказала Алейда. – Устала танцевать для Малкольма, отказываться от любимой еды, ходить только туда, куда он разрешает, и ни шагу дальше. Устала чувствовать, что мое тело мне не принадлежит, и от этой… гнили внутри меня. Устала бояться, устала от театра, от того, что не могу ничего сделать, кроме как притворяться храброй перед нашими сестрами. Я хочу что-то изменить. Я больше не могу этого выносить.

Бросившись вперед, Эмберлин обняла Алейду, и та разрыдалась. Она горько плакала, уткнувшись в тяжелый плащ Эмберлин и дрожа от переполнявшего ее горя. Все это время Алейда поддерживала ее, и теперь настала очередь Эмберлин не дать подруге сломаться.

— Тише, тише, – бормотала она, успокаивающе поглаживая Алейду по спине.

— Я не могу это терпеть, – снова и снова повторяла Алейда. Ее голос звучал напряженно и отстраненно, так, словно она уже сдалась.

Эмберлин отстранилась, чтобы посмотреть на нее, но Алейда не поднимала головы; ее рыдания перешли в тихие всхлипывания. Эмберлин обхватила пальцами ее подбородок и заставила сестру встретиться с ней взглядом. Желудок скрутило при виде налитых кровью глаз Алейды.

— Мы можем попробовать выбраться отсюда, – произнесла Эмберлин. – Вернуть себе жизнь.

Алейда уставилась на нее, а потом резко усмехнулась, заставляя Эмберлин подпрыгнуть. Она вырвалась из объятий и покачала головой.

— О, Эмбер. – Алейда отступила назад. – Я люблю тебя как настоящую сестру, но иногда поражаюсь твоей наивности. Это смешно.

— Нет, послушай. Я изучала карты, чтобы найти лучший маршрут…

— Да брось, – прервала ее Алейда. – Пора возвращаться. Нет смысла горевать на холоде.

Эмберлин прикусила язык, но позволила увести себя от берега реки. Вместе они побрели к Театру Мэнроу, двигаясь по опустевшим улицам, погруженным в темноту.