Онлайн книга «Сломанная»
|
Я получил своё наказание, и это не тюремный срок. Не так важны решётки снаружи, как внутри человека. И если из тех, что снаружи, я выйду, то из тех, что внутри, — вряд ли. Я просто хотел бы попросить вас попробовать меня простить. Не ради меня, нет. Ради вас самой. Если вас так же съедает ненависть ко мне, как меня к самому себе… Мне бы не хотелось, чтобы вам было больно. Простите». Соня плакала потом почти целый час. И в итоге, вдоволь наревевшись, уткнулась в грудь Юры и прошептала: — Его зовут Анатолий. Мама называла его Толиком. Говорила, что он очень хорошо учился в школе… . В конце концов Соня уснула на его диване, и Юра, бесцельно послонявшись по квартире с полчаса и покормив Масю, подошёл к комнате Алисы. Он не смог бы ответить, зачем это делает, даже если бы очень постарался. Просто знал, что должен. Что так правильно. Вошёл внутрь, не используя ключ — дверь Соня уже несколько дней как не закрывала на замок, но и не оставляла распахнутой, — приблизился к столику, взял в руки знакомую фотографию, закрыл дверь и опустился на пол, положив фоторамку на колени. — Привет, Андрей и Алиса, — прошептал Юра и зажмурился на мгновение, сдерживая непрошеные слёзы. — Хоть я и очень рад, что встретил Соню, но мне безумно жаль, что это всё случилось с вами. Я думал, мне придётся бороться с её прошлым, даже готовился к серьёзным сражениям. Но сегодня я понял: я не стану этого делать. Юра вздохнул, вглядываясь в бесконечно улыбающиеся лица маленькой девочки и взрослого мужчины — тех, кто вечно будет дорог Соне и с кем он никогда не познакомится. — Вы составляете часть её личности. Как мой отец, моя сестра и даже мама — составляют часть меня. И неважно, живы они или нет, — они всегда будут частью моей души. И Соня… пусть помнит. Пусть порой плачет. Пусть скучает. Но быть при этом несчастной совсем не обязательно. И я не дам ей быть несчастной, обещаю. — Юра усмехнулся и мучительно поморщился: слёзы опять вскипели в глазах, обжигая их солью. — Нелепость, скажете? Совсем ведь недавно я рассуждал о другом, а сейчас разбрасываюсь обещаниями. Но нет, мне это не кажется нелепостью — я так чувствую. Всем сердцем так чувствую, хочу, чтобы так и было. Поэтому и обещаю… Не брошу, не дам в обиду, сделаю счастливой. Вам говорю это, чтобы вы знали и видели. Не Богу, а вам в первую очередь, потому что вы тоже любите её, как и я. И… со своей стороны… вы тоже помогите нам с Соней. Храните её… Его голос всё-таки сорвался и затих, не выдержав эмоционального накала. Сердце заходилось, болело, в глазах из-за слёз всё расплывалось, и от этого Юре неожиданно показалось, что на фотографии вспыхнула яркая семицветная радуга — хотя он точно знал, что её там не было. Юра моргнул, смаргивая влагу, но радуга всё оставалась и оставалась… Он зажмурился, выдохнул… И странно — вдруг почувствовал, будто что-то тёплое коснулось плеча. Мася?.. Распахнул глаза. Нет, кошки в комнате не было. Как не было и радуги на фотографии. Конечно, ему почудилось… . Когда он вышел из комнаты, Соня ещё спала, но через пять минут проснулась и, потянувшись, сказала: — Мне такой хороший сон снился… Много солнца, поляна летняя, и Андрей с Алисой прям под радугой сидели и венки плели… — Из одуванчиков? — улыбнулся Юра, отчего-то даже не удивившись. |