Книга Если ты простишь, страница 122 – Анна Шнайдер

Я никогда об этом не задумывалась по-настоящему.

Никогда.

И понимание этого что-то переломило во мне, даже заставило расплакаться прямо во время сеанса…

Меня трясло. Я вытащила из сумки бумажные платочки, открыла упаковку — и как-то так получилось, что всё её содержимое разлетелось по комнате, покрыв пол белыми бумажками, как снегом.

Наталья Ивановна помогла мне всё собрать, а потом дала новый чистый бумажный платок. И когда я вытерла лицо и высморкалась, сказала:

— К сожалению, люди с такими мыслями, как у вас, запрятанными глубоко в душе, неизбежно сталкиваются с расстройствами психики. Вы страдаете и от неуверенности в себе, и от «синдрома самозванца», и от сезонного аффективного расстройства. Это как минимум. Всё это имеет основу, так сказать, корни, и они состоят в вашей уверенности, что вы вообще не должны были рождаться. Вы вынесли себе приговор, и то, что вы постоянно совершаете с собой, — это приведение его в исполнение.

— Даже… — Я запнулась, ощущая, как сдавливает грудь. — Даже то, как я поступила с Вадимом?

— Особенно этот поступок. Но мы до него ещё дойдём.

Больше я не сомневалась — мне действительно необходима профессиональная помощь.

То, что я умудрилась вытащить из себя свой «приговор» и озвучить его, как ни странно, подействовало на меня в положительном ключе — я стала лучше понимать, отчего веду себя так или иначе и чего именно боюсь. И почти гордилась собой, когда справлялась с собственными сомнениями и принимала похвалу от заказчиков.

И да — я должна была поздравить Вадима и Аришку с Новым годом. Потому что они — и только они — были для меня самым главным смыслом.

И самым главным моим страхом.

Но эта мысль лишь начинала формироваться во мне — озвучивать её я пока не была готова.

75

Вадим

Чем лучше — тем хуже.

Иногда это противоречивое правило работает на сто процентов.

Визит Лиды к нам с Ариной, почти семейное чаепитие, торт, сделанный с любовью, и подаренная мне чудесная шкатулка — всё это отзывалось во мне так, словно счастье былой семейной жизни воскресло или снится мне в настоящий момент. Но, как и прекрасный сон между тяжёлыми днями, Лида ушла, видение растворилось, а на его месте осталась лишь горькая пустота.

Такое пробуждение причиняет боль. И невольно задумываешься: а нужны ли вообще даже лучшие из снов, если после них становится только хуже?

Подумав об этом, я обрадовался предстоящему отпуску как никогда раньше. Всё-таки мне была нужна перезагрузка, попытка переключиться и хотя бы считанные дни постараться не думать о Лиде, чтобы двигаться дальше.

В голове промелькнул мой же совет, который я давал Тоне, то есть Соне, пытаясь удержать её на работе: «Отдохнёшь, развеешься, познакомишься с кем-нибудь…»

Насчёт отдохнуть и развеяться — да, точно надо. Насчёт познакомиться с кем-нибудь — в отпуске с Ариной это нереально. Да и я до сих пор не уверен, что готов и что мне это действительно нужно.

.

Настал день отлёта. Мы с Ариной, как истинные минималисты, уместили все наши вещи в большой чемодан на колёсах, взяли один ноутбук на двоих и небольшой рюкзачок для мелочей.

Дочка решила вести путевой дневник, куда записывала каждый этап путешествия и ещё какие-то свои заметки.

Когда мы «телепортировались», по выражению Аришки, в наш временный домик при отельном комплексе, она подвела итоги: