Книга Опасная для Босса, страница 40 – Tommy Glub, Адалин Черно

К тому, как он смотрит на меня — жадно, голодно, словно я не ассистентка, а деликатес. К тому, как его пальцы касались моих — обжигающе, электрически. К этим чертовым часам на запястье, которые тикают в такт его пульсу. К привычке поправлять волосы, от которой хочется протянуть руку и сделать это за него.

Телефон вибрирует на столе, подпрыгивает. Экран загорается. Сообщение от неизвестного номера плывет перед глазами:

"Я согласна. Двести тысяч. Встретимся завтра, обсудим детали."

Ей даже подписываться не надо. Все и так понятно. Я смотрю на экран, не моргая, пока буквы не расплываются. Перечитываю снова. И снова. Слова не меняются.

Внутри все проваливается. Желудок подпрыгивает к горлу. Руки леденеют.

Она согласилась.

Двести тысяч. Она готова заплатить двести тысяч за информацию о собственном женихе.

Черт. Черт. Черт.

Что теперь делать?

Домой я возвращаюсь на автопилоте, как сомнамбула.

В голове крутится одна мысль, как заевшая пластинка: "Она согласилась. Она согласилась. Она согласилась."

Двести тысяч. За слежку за собственным женихом. Это же безумие.

Захожу в квартиру. Скидываю туфли, и ноги блаженно ноют от освобождения. В прихожей темно, только уличный свет пробивается через окно. Не включая свет, на ощупь добираюсь до дивана и падаю на него, не снимая пальто.

Хватаюсь за телефон дрожащими пальцами — экран слепит в темноте. Пальцы дрожат так сильно, что промахиваюсь по кнопкам. Наконец создаю видеозвонок в наш общий чат.

Первой отвечает Алинка — на экране появляется ее лицо с зеленой маской, которая делает ее похожей на болотное чудовище. Волосы собраны в полотенце-тюрбан, на фоне видна ее крохотная ванная с облупившейся плиткой.

— Сонь, ты чего такая бледная? — она сразу же хмурится, и маска трескается на лбу. — Как призрак выглядишь. Что случилось?

— Девочки, — голос срывается, превращается в хрип, горло сжимается, — мне нужна помощь. Срочно. SOS, красный код, все тревоги!

Через минуту подключается Наташка. Сегодня она жует курагу с безумным восторгом. На ней растянутая футболка с Микки Маусом, волосы собраны в неряшливый пучок. Потом Ника.

— Ну давай, выкладывай, — Ника устраивается поудобнее на своей кровати. — Что там у тебя с боссом-красавчиком?

Я делаю глубокий вдох, чувствуя, как легкие наполняются воздухом до боли.

— Его невеста предложила мне за ним следить. Шпионить, короче. Чтобы я докладывала, где он, с кем встречается, чем занимается после работы.

— Ого, — Алинка стягивает маску с лица одним движением, и кусочки зеленой массы уже привычно падают. — Серьезно? Прям как в кино! А она знает, что вы… ну, того?

— Нет, — качаю головой. — Она думает, я просто стажерка-нищебродка, которой нужны деньги на еду. И я... я назвала цену.

— Какую? — Наташка перестает жевать, курага застывает на полпути ко рту.

— Двести тысяч. В месяц.

Повисает тишина. Потом Ника начинает смеяться — звонко, почти истерично.

— Сонька, ты чего, с ума сошла? Двести тысяч?! Ты вообще понимаешь, сколько это? Это же... это же квартира в ипотеку! Машина! Два года учебы в универе!

— Я думала, она откажется! — оправдываюсь я, чувствуя, как горят щеки от стыда. — Специально завысила! Кто заплатит студентке такие деньги? Это же абсурд!

— Она, — отрезает Алинка, вытирая лицо полотенцем с такой силой, что кожа краснеет. — Богатая невеста богатого жениха точно заплатит. Для нее это как два похода в салон красоты. Или одна сумка. Или даже половина сумки, боже. Ты видела цены на бренды? Да это для нее копейки, мелочь из кармана!